Мы поддержали присоединяясь к сбору. Валентина так вообще успела уже всякого в лесу попробовать. Озвучивает, что не всё является ингредиентами, но познания растут.
— Понимаешь, Матус, — тихо обратилась Вероника, пока другие девушки увлечённо обдирают куст с огромными ягодами, — я боюсь. Представь себе устойчивый портал к нам практически из бездны Хаоса — это ужасно! Даже совокупной силы всех оставшихся родов не хватит, чтобы только его закрыть, если я правильно понимаю возможности нашей Богини. Эта её миленькая форма — обманка, прихоть. Будет нужно — она и огром может стать. Или демоном каким-нибудь.
Я хмуро перевёл взгляд с губ на глаза.
— Думаешь? Просто пока всё в рамках нормального. Ну, она может и капризная и это раздражает, но-о-о… я не знаю.
Вероника улыбнулась.
— Я могу ошибаться, Матус. Сейчас главный — ты, поэтому и решать тебе. Я и девочки сделаем, как ты скажешь.
Непроизвольно сжал до боли зубы. Игры играми, а ответственность о трёх самых дорогих мне девушках давит на плечи, если не сказать пригибает к земле. Признаться, я уже “испачкан” всеми этими магическими делами. Для меня путь в беззаботное детство закрыт. Но вот гражданам Симфонии я не хочу такой участи. То решение Совета, когда они направили развитие Империи по техногенному пути кажется правильным. Во всяком случае пока. Мы с каждым годом глубже погружаемся в науку, познаём природу. Может быть и магическое оперирование станет когда-нибудь лишь разделом физики. Но сейчас я стал камнем преткновения.
— Мы проверим её намерения позже. Всё же идёт только второй день. Ещё поиграем и я попрошу вернуть нас обратно. И там тоже не день, а несколько проведём. Одного мало.
— А что, если Рейвиолла силой переправит нас сюда?
Я призадумался, отведя взгляд от магического фиалкового огня глаз.
— Мы же можем этому сопротивляться?
— Теоретически, Матус, — произнесла Вероника тем самым тоном, который для меня теперь навсегда связан с председательским кабинетом в Бастионе. — В паре с Валентиной, конечно же. Её сил должно хватить, чтобы отсечь управляющие связи и отбить модули воздействия. Однако, ты же понимаешь, что после такого мы с Рейвиоллой окажемся в состоянии войны. Вся наша планета окажется, если точнее.
— Да и с добычей энергии от Валентины есть сложности… — смутился я.
Тут же поймал многозначительный взгляд от Вероники.
— Приятные сложности?
— Да дело же не в этом, — выпалил я, окончательно смущаясь. Тот поцелуй до сих пор словно вчера случился.
— Я шучу, — повела Вероника головой. — Отчасти, конечно же. Как ты знаешь, в каждой шутке есть весомая доля правды.
Смотреть Веронике в глаза сейчас не могу, потому и бегаю взглядом по лесу и девушкам, до сих пор поглощающих ягоду. Вкусная, видимо.
— Вот такие перспективы, Матус. Я уже на несколько раз всё прикинула. Лучший вариант — это подождать. Ничего не стоит на месте и наше положение может измениться в один момент.
На этой ноте решили закончить с обсуждениями и тоже угоститься смородиной. Благо, что вкус под стать всему остальному.
Удовольствие прервал премерзейший рёв, что разом исторгли три кабана. Меч заученно оказался в руке. Противники не совсем обычные животные — система пишет, что это “Агрессивный Лесной Вепрь” третьего уровня, да и выглядят они “прокаченней” собратьев.
Не зная, чего ожидать, я командую:
— Валентина! Становись рядом!
И вовремя — три твари резко бросились, подозрительно быстро набрав скорость. Мы даже среагировать не успели, как вепри врезались в нас. Два в Валентину и один в меня. Быстрее всех оказалась Вероника — в среднюю тварь шарахнула молния. Тут же завоняло палёной шерстью вперемешку с приятным запахом озона. Я же застыл — от особого удара кабана получил оглушение на три секунды. Впрочем, того противника, что выхватил удар молнии, тоже взяло игровое ослабление — Судорога.
Жизней чуть больше двухсот, атака двадцать пять. Мы расколошматили тварюг в два счёта, но боевой азарт взял нешуточный — до дрожи. Опыта дали по сорок пять за пятак.
— Сволочи! — зло выдохнула Валентина. — Я чуть было… ну вы понимаете.
— Так неожиданно напали, — подтвердил я.
— Да, — едва не плача, отозвалась Агния. Ей даже слезу пришлось смахивать. Губы и руки сплошь измазаны ягодой.
— Эти места считаются дикими. Как только мы выходим за некий периметр селения, тут же попадаем в опасную зону, — пояснила Вероника. — Я тоже сильно испугалась.
— При этом самая первая шарахнула молнией, — улыбнулся я.
— А ты меч выхватываешь так, словно не пару месяцев ходишь с ним, а с детства занимался.