— Пока прихожу в себя от цен.
— Может, я чего не помню, Матус, но в том меню цифры позначимее, разве нет?
Я полюбовался таинственной и по-доброму ироничной улыбкой на лице Вероники.
— Кажется, что на тот момент я не совсем понимал их истинную величину.
Можно сколько угодно наблюдать за тонкой игрой мимики на её аристократическом лице — бровь вздрогнула, приподнявшись.
— Скорее развей шальные мысли в моей голове, Матус, неужели ты стал отцом и вышел на работу?
Я чуть не взорвался от смеха, подобно дракону, меня обуяло желание исторгнуть вопль хохота.
Переварив это, я вытер выступившие слёзы и говорю:
— Понимаю, конечно, что где одна реальность, там и вторая. Может быть я даже скрыл от вас, что ещё одна Богиня позвала в свой мир, а там я и отец, и работу работаю, но нет. Хвала Богам.
— Хи-хи! Забавно. И всё же, Матус, я бы хотела, чтобы ты не думал о цифрах в моём присутствии. Это возможно?
Сначала я окунулся в фиалковый омут, а чтобы не потерять связь с миром, опустил взгляд ниже — на алые губы. Сглотнул.
— Я постараюсь. То есть, сделаю. Больше не буду.
Вечер грозил быть настолько фантастически хорошим, что у меня само собой на лицо выплывала улыбка. Но планы вдруг резко обрушились — стоило нам радостно встретить заказанные блюда, как воздух над столом прорезала щель, повеяло жутким холодом и даже исходящий паром секунду назад кофе, начал стремительно замерзать, покрываясь инеем.
— А вы, я смотрю, веселитесь? — раздался знакомый голосок.
— Время до возвращения ещё есть, Рейвиолла, — с не меньшим льдом в голосе, произнесла Вероника. Я почувствовал, как заволновалось магическое поле вокруг неё.
— Мне кажется, что вы слишком легкомысленно относитесь к нашей игре. Вас надо проучить.
— Мы вернёмся в срок, как и обещали.
Я взволнованно повернулся в сторону Светланы — замерла с остекленевшим взглядом. На нашу же четвёрку чары не распространились. Зал затянут плёнкой огромного мыльного пузыря; звуки доходят приглушенные и размытые.
— Что-то слабо верится, — язвительно бросила Богиня из мерцающей щели портала. — Я слышала, как вы обсуждали, что не вернётесь.
— Мы можем обсуждать всё, что угодно, Рейвиолла, — ровным голосом ответила Вероника. — Мы вольные существа и можем обсуждать, что угодно. Но делать и говорить — это разные вещи. Поэтому, прошу, прекрати портить нам вечер и потерпи ещё немного. Через два часа мы будем готовы.
— Не верю! Особенно тебе. Хочу, чтобы вы были более серьёзными. Я вам всем покажу, что будет, если не станете играть со мной. У твоего папы есть какой-то там центр. “Ореол”. Сейчас там появится демон.
— Нет, стой! — закричала Вероника, мгновенно потеряв спокойствие. Лицо исказилось от ужаса.
Портал быстро растворился, а за ним и пузырь. Посетители как ни в чём ни бывало продолжают есть.
— Мерзкая, дрянная шмакодявка! — выругалась Вероника, хватая со стола смартфон. На втором гудке вызов приняли: — На “Ореол” сейчас нападёт демон… Я буду, как только смогу, — взволнованно проговорила она, и затем уже обратилась к нам: — Бежим к машинам!
Я подскочил вместе со всеми. Света так и не пришла в себя и не понимает, что происходит.
— Прости! — обернулась Вероника. — В городе чрезвычайное положение. Насчёт оплаты не переживай, я попрошу выставить счёт семье.
Вероника выбросила магический сгусток, чтобы отвлечь от происходящего остальных посетителей. Официант же беспрекословно принял условия.
— Ника, портал? — бодро предложила Валентина, всем видом излучая боевую ярость.
— Не отработано ещё… Чёрт! — выдохнула Вероника. — Надо было догадаться…
— А вдруг она соврала? — предположил я.
— Нет, Матус, мерзавка действительно это сделает… если уже не сделала.
Вадо заметил нас первым и тут же вышел из лимузина. Следом за ним насторожились бойцы военной полиции.
— Срочно в “Ореол”, — приказала Вероника водителю. — Слушайте меня! Именем семьи Исинн, сопровождайте этот автомобиль с сиреной. Расчищайте путь! В исследовательский центр “Ореол”.
— Есть! — откозырял рослый боец в чёрной форме. — Синичный район?
— Да, — ответила Вероника, уже открывая дверь.
Я кинулся на переднее сидение, пока девушки садятся. Уже в салоне оглянулся на Агнию: она не проронила ни слова, старалась поспевать пока мы бежали, да и сейчас напряжена и крепко сжала кулачки. Встретились взглядами, и я постарался ободряюще улыбнутся. Больно от того, что ей приходится во всём этом участвовать.
Вадо серьёзен и собран. Быстро завёл и провёл пару манипуляций с кнопками управления. Шум двигателя сменился, а когда военный броневик проревел мимо, озаряя вечерний полумрак яркими проблесковыми маяками, Вадо выжал педаль, и линкор стремительно рванулся с места. К треску и вою военного броневика добились резкие звуки нашей сирены.