Ну и, наконец, Валентине хочется прокачать ещё и Удар Щита: оглушать противника уже на восемь секунд, с нанесением небольшого, в полсотни очков, урона. Мнения разделились, поэтому решили бросить жребий, которого не оказалось. Дико, конечно, оказаться в игровом мире средневекового антуража и не иметь в инвентаре игровых костей, но пришлось решать спор игрой в Камень, Ножницы и Бумагу. Выиграла Валентина, что лишь повергло её в ужас очередного витка мучительного выбора, а потом Вероника сказала, что пусть будет Провокация. Мы дружно испытали облегчение.
После этого настала пора очков характеристик: себе я на всякий случай закинул единицу в интеллект, предположив, что какое-нибудь из оружий может быть требовательно к нему, а остальное вложил в силу; Вероника посчитала, что семи единиц Ловкости пока хватит и поэтому все пять пошли в Интеллект; Валентина ожидаемо повторила за мной, в результате чего у неё теперь две тысячи семьсот жизней, как и у меня; Агния приняв своё умилительно-серьёзное выражение лица, вложила все пять в интеллект — никому не даст погибнуть, сказала она.
Только когда мы подошли к вырытому крысами колодцу, поняли, что без чужой помощи не сможем вылезти — метров пять есть точно. Благо, Скит и Скот давно ждали нас и тут же сбросили верёвку.
Стоило мне закончить помогать Агнии вылезти, в сарай вошёл хозяин.
— Я услышал звуки боя, было нападение крыс?
— Мы полностью уничтожили их, включая королеву, — гордо заявил я.
— Какую ещё королеву? — со страхом переспросил он.
Я быстро описал детали.
— Так это что — у меня под складом пещера, что может в любой момент обвалиться? — вдруг вскричал склад-мейстер. — Это же мне теперь нанимать слесарей и рабочих, чтобы укрепляли её.
— Ой, да не надо ничего, — отмахнулся я, — столько стояло и ещё простоит.
— Нет-нет, — суетливо помотал он головой, не зная куда деть руки, — я вам заплачу только за тех крыс, что напали. Ни за какую королеву платить не буду.
Я тут же выставил руку, останавливая Валентину, у которой мгновенно в руках возникли щит с мечом.
— Мы попросим награду у Исука, хорошо.
В итоге досталось всего по двадцать пять медяков. Кипящую яростью Валентину прорвало на пару ругательств, а потом мы вышли со склада и я сразу же начал поливать это пожар:
— Во-первых, не беспокойся — мы им всем ещё вернём долги, вернее спросим. Во-вторых, его задание дало нам много больше своей дополнительной частью, так что косвенно он нас неплохо наградил. Ну и в-третьих, я действительно планирую потребовать награду с головы деревни или с Гузама. Так что, быть может, ещё разживёмся золотом… хотя это максимум одна серебрянная — что-то я размечтался.
На мой смех Валентина заметила:
— Так в казне-то Гильдии наверняка есть золото…
Тут уже нас всех разобрал нервный смех.
— Ты героиня или бандитка? — уточнил я.
— Я — это я! — гордо ответила она.
На самом деле, если смотреть сверху на наше ползание по карте Стриодеала, то всё выглядит действительно как игра. Причём, если ты бог и не связан временем, эти несколько дней могут восприниматься как час или несколько. Сплошная череда событий — самое то для начала, да ещё и ламповая локация Комаринской.
Я предложил набрать еды и найти какое-нибудь местечко в стороне от обжитой территории. Пусть и обещал Веронике, что буду искать тропки и лазейки скорее поднять нам уровни, но очень уж хочется как-то ознаменовать завершённое задание.
У нас тридцать процентов уважения у Гузама. Можно ещё походить по улочкам Захолменской и найти кому нужна помощь, а можно сходить к пещере на западе. Вернее нужно — обещал Валентине. В зависимости от того, что там будет, у нас может уважение подняться до сорока. А сейчас хочется понежиться под огромным солнцем и по-наслаждаться едой.
Половину из неё мы приготовили сами: жареное мясо, хлеб двух видов и рагу. Валентина пыталась уговорить Веронику на что-нибудь алкогольное, но сумела лишь на столовое пиво, то ли однопроцентное, то ли двух. Агния попросила купить ей что-нибудь из птицы, ну и Валентина выбрала сразу два блюда: запечённую утку и фазана. А ещё сыра, сметаны и мёда.
Нашлась уютная опушка: за ней стена из елей, сама обрывается глиняным фронтом, но сбоку есть пологий склон, чтобы забраться.
— Помнишь, — обратился я к Агнии, — в пещере сказала, что рисовать хочешь?