— Многое зависит от того, что у нас осталось. И от того, что нас ждет.
— Точнее.
— Во-первых, сколько людей выжило. Я не специалист в этом деле, но точно представляю, что если количество выживших меньше определенного порогового значения, то империю нам не вытянуть. Причем важно не только общее количество, но и кто выжил. Сколько магов, сколько ремесленников, сколько воинов. Если выжило много домохозяек и детей, и мало тех, кого я перечислил выше, то плохо. Если много магов и воинов, но мало детей — тоже плохо.
— И что в этом случае нас ожидает?
— Не сможем поддерживать единство территорий ни политическое, ни экономическое. Мы просто откатимся назад в развитии. Опять много разных государств, много отсталых варварских государств, наверняка воюющих между собой. Не такой уж плохой вариант, но вернуть былое величие уже не получится. По крайней мере, на нашем веку.
— Понятно, во-вторых что?
— Ат Мар конечно. Как он себя поведет, будет ли еще обращаться к Тьме.
— А почему он вторым идет?
— Потому как без людей шансов нет. А с людьми, в случае определенного везенья, можно и с ат Маром справиться.
— Ого! Справиться с ним? С ваших слов, это настоящее чудовище.
— Это не совсем так. Он просто великий маг, овладевший запретной магией, но я считаю, мы найдем, что ему противопоставить. Главное, что мы будем готовы. Нам необходимо немного времени, встать на ноги, и думаю, мы с ним справимся. Если, конечно, он не вызовет опять демонов.
— Вот видите, демоны.
— Я не знаю точно, это на уровне ощущений. Но он к ним больше не обратится.
— Да уж. Что-то еще?
— Есть и в-третьих. Крайне важно узнать, как все произошедшее затронуло наших соседей.
— Сандийцы? — удивился Тримо.
— А вы представьте, что их не затронули ни демоны, ни Тьма? Их маги и воины целы и невредимы. Население не болело черной лихорадкой, не испытывает голод.
— Да, теперь понимаю. Но сандийцы?
— Да. И Истор. Но все равно, они на третьем месте. У них просто не хватит сил захватить всю империю. И им тоже придется бороться с тварями, и угроза с севера опять же. Наверняка найдется еще много разного, но думаю это основное.
— Вижу, вы хорошо подготовились. И все равно вы загадка, которую наш разговор не разрешил. Я по прежнему не знаю, что от вас ожидать. Меня это настораживает.
— Ну полноте. Все будет хорошо. Давайте займемся делом, и будет видно.
Поутру отряды неспешно двинулись в город. Я двигался в пешем строю с воинами пограничной стражи. Вместе с арсом мы немного лениво обсуждали произошедший бой, пытались найти ошибки и недочеты. Самый жаркий спор разгорелся возле вопроса, как лучше было бы уничтожать черных призраков без применения мощного магика из арсенала крепости. Раненого положили в телегу, лекарь погрузил его в глубокий сон, в котором ему предстояло пробыть большую часть лечения. Когда цепочка воинов начала подходить к городу, я подошел к сат Кроссу.
— Вы не против, если кто-нибудь из ваших воинов уступит мне коня? — просто спросил я его.
— Понимаю, нужно зарабатывать авторитет? — он понимающе усмехнулся.
— Конечно.
— Да кто на вас будет смотреть, Наваль? Не думаю, что вы известны широкой публике. Да и кто знает, откуда мы возвращаемся.
— Вы не совсем правы, сами увидите.
У въезда в город возле заброшенного станционного причала возвращавшийся отряд встречало несколько воинов арса. Отряд двинулся дальше. Необходимо было пересечь торговую площадь, чтобы пограничники свернули на мост к крепости. Замковые собирались перейти к себе через монастырские ворота, воспользовавшись императорским проездом. Сат Тримо был удивлен моей настойчивой просьбой воспользоваться именно этим путем, но согласился. Хотя аббат мог и заартачиться и запретить открывать ворота.
Площадь была заполнена, и когда отряд показался, раздались приветственные крики.
— Слава воинам!
— Да здравствует господин Наваль, защитник от тварей!
— Слава великому мастеру и его воинам!
— Спасибо вам господин Наваль за все, что вы делаете.
Ликующая толпа освободила проход. Воины отряда под приветственные крики толпы проходили в город, плечи расширились, а спины выпрямились. Воину, лежащему на носилках, даже достался маленький букетик полевых цветов, и хотя он был без сознания, думаю, ему будет приятно потом об этом узнать.
— Откуда вы знали, что вас так будут приветствовать? — сат Кросс недоуменно взирал на разномастный люд, вылезший на улицу.