— Прощайте, Наваль. Возможно, я навещу вас в аббатстве, — сидя на диване, она лучезарно улыбалась.
— Я оставлю распоряжения. Вас там встретят, — немного глупо в ответ улыбался я.
— И не сомневаюсь. Прощайте. Надо же, капитан, выделил вам людей из личной охраны. Я не встречала их в замке раньше, — произнесла он вдогонку.
На моем лице еще светилась прощальная улыбка, а мысли уже неслись вскачь. Идущий впереди ряженый потянулся руками к поясу. В этот момент я, оттолкнувшись двумя ногами, головой боднул его в спину. Он, неловко взмахнув руками с наполовину вытащенным клинком, полетел в какой-то мебельный гарнитур. Чувствуя, что не успеваю, из неудобной полусогнутой позы я прыгнул вправо за массивный диван. Разворачиваясь в воздухе, метнул назад, не глядя, кинжал. По вскрику понял, что попал. Упав за диван, перекатился к двери и сразу с четверенек рыбкой перепрыгнул в соседнюю комнату. Позади что-то грохнуло, впереди кто-то закричал. И полная девица, громко топоча, выбежала из комнаты, ставшей моим убежищем. Вытащив из клапана рохского ежа, я направил его в дверной проем. Вот придурок. Провели. Взяли на классический прием. Раззява увидел форму и расслабился. Почему они не идут за мной? Риона? Она с ними или нуждается в помощи? Что делать? Бежать. Куда? Я не знаю расположения. К выходу? Если у них есть сообщники, то именно там меня и ждут. Нет, бежать сломя голову я не буду. Здесь же хорошая охрана, должны среагировать. И что делать? Вбегут такие двое в форме, я по ним ударю. Они по мне. Вот гадский случай. Сидеть на месте тоже нельзя, переберусь хотя бы в соседнюю комнату. Вскочив, я помчался туда, куда убежала девица. Пробежав короткий коридорчик, выбрался в круглый зал, сразу же пол подо мной ушел, и я провалился в болото. Барахтаясь в черной жиже, я успел подумать, откуда здесь болото. Жижа быстро затекала в нос. Я забился, и в открывшийся рот разом устремилось черное, тягучее, гадкое. Сигнальный амулет выдал две точки, набухавшие сильной магией, и еще три позади, закутанные в магическую защиту. Запаниковав, я ударил вокруг мертвителем. Точки угасли. Жижа, к тому времени проникнув в легкие, начала затвердевать. Проблем с воздухом я не испытывал, так как особый амулет выживания обеспечивал меня необходимым, и потому начал успокаиваться. Но тут меня охватил огонь. Кожа вспыхнула, в легкие залили расплавленный свинец. Я попытался закричать, но горло было забито жидким огнем. Как же так! Я ведь должен выжить?!
— Доброе утро, меня зовут Селеста. Молчите, вам пока нельзя говорить. Вы в замке. Вашей жизни ничего не угрожает, — произнес тихий и спокойный, успокаивающий голос.
Я лежал на широкой кушетке. Двигаться не хотелось. Повернув голову, я увидел, что я голый, только на бедрах кусок ткани. Кожа была багрового цвета и покрыта блестящей прозрачной мазью. Во рту было сухо. Девушка в белых одеждах сидела рядом. Короткие темные волосы, карие глаза и мягкий взгляд.
— Вот пишите, — она протянула мне мой талад, вложив прямо в ладонь.
Я быстро набрал.
«Что случилось?»
— На вас было покушение. Все нападавшие мертвы. Вас сильно обожгло кислотой. Но наши лекари вам все восстановили, — она посмотрела на талад.
«Сообщите арсу, что со мной все в порядке»
— Папа велел запереть ворота и никого не пускать и не выпускать, — надула губки Селеста.
«Папа?»
— Капитан Аргонат, — улыбнулась она.
«Там будут беспокоиться. Возможно, попытаются взять замок приступом. Обязательно сообщите, что со мной все нормально. Когда я смогу говорить? Мой амулет связи работает только от голоса»
— Я передам папе. Спите, завтра уже сможете говорить, — и я решил последовать ее совету.
Проснулся рано утром. Через узкую прорезь в массивных ставнях лился нежный свет. Во рту сухо, голова ясная, слегка знобит. В комнате никого не было. Ни моей одежды, ни оружия и прочей амуниции нигде не было. Обернув простыню вокруг бедер, я пошел к двери. Заперто. Постучал. Появилась хмурая морда гвардейца. Быстро бросив на меня взгляд, он буркнул: — Подождите, — и закрыл дверь. Потоптавшись немного, я вернулся на кушетку. Долго ждать не пришлось.
— Ваша одежда уже никуда не годится. Я принесла вам другую, — нежно проворковало вчерашнее видение.
— Селеста? — я сел на своей лежанке, придерживая ткань на бедрах.
— Да, советник, — она мягко присела, продолжая нежно улыбаться. От ее улыбки на душе делалось легко и светло. Плохой признак. Легкая магия? Или я просто параноик.
— А где мои остальные вещи? — я встал с кушетки, завернувшись в ткань. Мне не терпелось нормально одеться.