Экзот - нелюдь, алиен
Синдром заложника - то же, что Стокгольмский синдром
Диссоциация - расщепление единства личности (раздвоение, например)
Шун Чу - аналогия Икеи
Кири (киридзи, русидзи) - кириллица
Рома (ромадзи) - латиница
Кана - азбука, буквы, письменность
Бейзик - основной язык империи
Гравицапа - любая антигравитационная повозка, плывущая близко к земле
Интерсети - разные формы голо- и интернета
Станнер - парализующее оружие
Иланские понятия
(основано на языке иланэ, созданном Томом Шиппи и Гарри Гаррисоном для Эдемской трилогии Гаррисона):
Фарги - юная иланэ, вышедшая из вод на сушу и обучающаяся речи, профессии и социальным навыкам
Инегбан (букв. Старый дом) - родная планета иланэ
Улукасак - генерал
Ханане - закрытое место (от дома до городского района), где живут молодые мужчины иланэ
Эйстаа - правительница города
Эйстаа-аканэ - военачальница, командующая фронтом или армией во время военных действий; может быть в любом чине
Эорэйстаа - верховная правительница, императрица
Эфенселе - член эфенбуру, группы ровесниц, с младенчества росших в одних водах
Гробница
Пятый рассказ Имперского цикла
Heute treff' ich einen Herrn
Der hat mich zum Fressen gern
Weiche Teile und auch harte
stehen auf der Speisekarte
(с) Rammstein, "Mein Teil"
У меня встреча с одним господином
Который меня так и съел бы
Мягкие части и твёрдые тоже
Сегодня в меню
(с) Rammstein, "Mein Teil"
Лина Ивер опять пробиралась по кромке моста на головокружительной высоте. Справа была ограда, за ней - бездонный каньон Шестого кольца. Иланский квартал впереди дымился, от силуэтов сращённых блоков шёл пар. Воняло горелой и жарящейся растительностью. Фашисты ночью сбросили на блоки ящеров горючую смесь и дефолианты. Теперь висячие сады и настенные луга илан умирали в муках, вместе со всеми своими красками, мхами, цветами и декоративной живностью.
Цепляясь за провода и ограду, Лина ползла вперёд. Уже близко. Она заплакала дома, увидев по комму гибель садов. Теперь, казалось, должна была плакать ещё сильнее, но слёзы не шли. Куда-то пропали. Толпа фашистских симпатизантов и просто зрителей осталась за спиной - зеваки боялись глотнуть дозу отравляющих веществ. И они были правы, поняла Лина. Она не могла подобраться к иланским блокам достаточно близко, чтобы кому-то помочь - пар и дым уже здесь, на мосту, мешали дышать. На лице у неё была противогазная маска, но кожу-то она не защитит, а впереди напалм, огонь. Здесь нужен костюм противопожарной защиты. У Лины такого не было.
Она проползла ещё метров сто и остановилась. Смесь отравы и дыма в воздухе жгла глаза. Придётся поворачивать назад. Лина вдруг присмотрелась. Среди кабелей и ржавых прутьев впереди что-то двигалось, шевелилось. Какое-то существо.
Лина нагнулась, щурясь и борясь с желанием потереть глаза - этого-то как раз нельзя было делать - и пролезла ещё два-три метра. Ящерка. Навстречу по кабелям ползла крылатая ящерица ростом с футбольный мяч, золотистая с красным отливом. Она увидела Лину, присела и открыла рот с рядами крохотных белых зубов, пытаясь шипеть. Зелёные глаза животного были полны недоумения и страха.
Лина застыла на месте, ожидая, что существо взлетит, но оно просто вцепилось в кабель передними лапками и застыло, время от времени открывая рот, исторгая беззвучный крик. Правое крыло было непоправимо изувечено, оплавлено огнём или каким-то ядом. Лина закашлялась. Времени у неё оставалось не много. Она решилась, протянула руки и осторожно, но цепко схватила ящерицу под крылышки и за шею, как положено. Та забилась, сильная и упругая, но укусить не сумела. Одна из её длинных задних ног колотила когтями по воздуху, а вторая висела грязной беспалой культей - от неё осталась половина.
- Тссс... - сказала Лина, надеясь, что этот звук будет значить для животинки то же, что для неё. - Не бойся, я тебя спасу.
- Сссуууу... - выдохнула ящерка и перестала биться.
Лина села на ржавые листы железа и аккуратно завернула её в полотенце, как крошечного ребёнка. Полотенце касалось раненой ноги и крыла, но ящерка не дёргалась. Она втянула голову в плечи и сидела в свёртке смирно, чуть щерясь, когда встречала взгляд Лины. Та прижала свёрток к груди и прошла немного дальше к иланским блокам, надеясь ещё кого-нибудь отыскать, но мост был пуст, не считая ядовитых хлопьев сажи и горящих масляных пятен. Лина кашляла, не переставая.
Впереди раздалось гудение и низкий скрип, будто что-то рвалось. Мост дрогнул.
- Шшшууу... - сказала ящерка в полотенце.
Лина расстегнула ворот куртки, положила свёрток с животным себе за пазуху и повернулась. Пора назад.
Мост снова задрожал и хлопнул. Его качнуло. Лина упала - скорее от страха - защищая ящерицу рукой. Упала на бок и вцепилась в кабель. Мост содрогнулся, его повело, и Лина вдруг ясно поняла, что он оторвался - где-то там, позади неё, у иланского блока, провал.
Она судорожно впилась в кабели и стальные стержни ограды, молясь, чтобы мост падал медленно, если уж он собрался падать.
Над головой прошло что-то большое. Ещё и ещё. Мост, покачиваясь, висел, не рухнул. Ящерка шевельнулась за пазухой, устраиваясь поудобнее, не пытаясь бежать или укусить. Лина отважилась поднять голову.
К иланскому кварталу наконец летели подразделения пожарных, полиции и других коммунальных служб.
Лина вздохнула и снова, откашливаясь, поползла через пропасть Шестого кольца со спасёнышем на груди. Ползла медленно, осторожно, а мост покачивался на напряжённых своих стальных жилах и фермах, пока она не открыла глаза.
Она была дома, в своей постели. Императрица фашистов, Рив Гэллар, была мертва, всё, что случилось с иланским кварталом, было давно. Власть сменилась, потом сменилась опять. А на часах 00:45. До утра и работы ещё очень долго.
...
...
Тор Бао, тактический советник адмирала Торна и единственный среди живых мастер Храма, сидел на дне могильного колодца, медитируя под далёким небом. Осколок небес, колючая светлая точка, был прямо над головой. Гора смыкалась вокруг гробницы Лео Ноэ восьмиугольником отвесных стен. Казалось, что они выдавливают воздух ввысь, оставляя лишь невыносимый холод. На базальте могильника тускло посверкивали крохотные кристаллы льда. Гробница находилась точно на северном полюсе мира Гемма Ардента, столицы Третьей галактической Империи - а до неё, думал мастер Бао, галактической Республики, а до неё - Второй империи, сменившей ещё одну республику, сменившую в свою очередь империю - и так далее, и тому подобное в вечном беспамятном круговороте слепцов.