Затем снова смотрит на меня. Потом резким движением показывает два пальца, тычет ими в мою сторону, а затем указывает на пульсирующий за его спиной разлом. Разлом в этот момент визуально сжимается на несколько сантиметров.
Ирина вздрагивает и прижимает ладони к ушам. Ее лицо белеет.
— Громко… — Ее голос сдавлен. — Слишком громко. Как крик… Давление… Их сжимает. Точнее, выжимает отсюда.
Она опускает руки, ее пальцы дрожат.
Два пальца — срок? О чем это все?
— Два дня, — говорю я остальным свою версию, — они, по ходу, дают нам два дня. На что? На то, чтобы передумать? Или на подготовку к их визиту?
Сильвер, похоже, видит мое понимание. И бьет сжатым кулаком по открытой ладони. Универсальный жест столкновения. Потом он отступает к разлому, не спуская с нас взгляда. Его напарник следует за ним, пятясь. Один последний раз смотрит на Крага, которого уже уносят на носилках, потом поворачивается и шагает в мерцающую дыру. Второй следует за ним. Разлом пульсирует, сжимается и исчезает.
Все молчат. Затем Ирина говорит:
— Похоже, что так. Видимо надо ждать их через два дня.
Два дня. Ну, хоть не два часа. Успею сменить носки, докупить кофе, сменить простыни и дописать в завещании: «Если меня убьют — не вздумайте отдавать Петрову мой стол. Там в верхнем ящике заначка на черный день, а он ее сразу оприходует в статью „прочие доходы“».
— Интересно, — говорю я, — будут ли они пунктуальны. Петров, — диктую я аудиосообщение, — внеси в расписание: «Встреча с инопланетными контрагентами». И подготовь два варианта договора — на нашей территории и на нейтральной.
Лена тихо спрашивает:
— А что с этим местом? Здесь может быть небезопасно. Что, если другие из них откроют новые порталы?
— Организуй кольцо охраны. Причем пусть Гром лично контролирует зону. Если что, он сможет объяснить гостям правила поведения жестами.
Что ж. Первый контакт состоялся. И «Кодекс» оказался в самом его центре. Я, можно сказать, почтен. И даже какая-то гордость за себя и нашу команду. А еще круче будет, если мы сможем, к примеру, выстроить отношения с той стороной, насколько это возможно.
Спустя два дня, однако, сильверы так и не появляются. Петров волнуется — то ли воздух наш им не понравился, то ли передумали. Сам же я не удивлен. Мы вообще могли их понять совершенно не так, как нам показалось.
Утром третьего дня Петров встречает меня прямо у входа в кабинет. В его руках — целая стопка распечатанных таблиц и графиков. Он явно готовился к этому разговору. Его глаза горят особым огнем, который я уже научился узнавать. Этот блеск обычно предвещает очередную гениальную и абсолютно безумную идею экономии.
— Артем! Детальный анализ расходов на питание за последний квартал. — Он входит и раскладывает бумаги на столе. — Текущая система снабжения столовой неэффективна. Вера закупает продукты у трех разных поставщиков без оптовых скидок. Я провел аудит. Предлагаю решение: мы централизуем закупки. Заключаем эксклюзивный договор с одним оптовиком, вводим четкое недельное меню для снижения издержек и переводим пятничный ужин на формат шведского стола из остатков недельного рациона. Экономия — до двадцати пяти процентов. Я уже провел предварительные переговоры.
Я медленно перевожу взгляд с колонок цифр на его лицо.
— Алексей. Ты предлагаешь отменить кухню Веры и кормить моих людей в пятницу объедками?
— Я об оптимизации пищевых потоков и ликвидации финансовых потерь! — поправляет он, тыча пальцем в график. — Посмотрите на динамику роста затрат. При таком разбросе в закупках через полгода мы переплатим сумму, равную годовому окладу двух охранников.
— А через полгода Вера устроит нам саботаж кастрюлей по голове, а охранники будут брать откаты контрабандным кофе. Люди работают лучше, когда их кормят как положено, а не по твоим оптимизированным графикам. Экономия должна быть разумной. Если хочешь оптимизировать — ищи способы снизить энергопотребление или транспортные издержки. Кухня — священная корова. Не дергай ее за вымя.
Петров замирает, его пальцы слегка сжимают край таблицы. Видно, как в голове у него сталкиваются тонны цифр. Он делает последнюю попытку, указывая на строчку в своем плане:
— Но… основа любого экономного меню — крупы и овощная заморозка. Поставщик готов дать пятнадцать процентов скидки за эксклюзивный контракт и крупные ежемесячные объемы… — тихо произносит он, как бы прощаясь с красивой, но нереализованной идеей.
— И я уже предвкушаю восторг команды, когда на завтрак, обед и ужин у нас будет скидочная гречка с эконом-морковкой. Нет. Окончательно. Следующая идея?