Внутри склада — настоящий энергетический шторм. Стеллажи повалены, по полу ползают синие молнии. В центре зала висит пульсирующая сфера искаженного пространства. Из нее отрываются и падают на пол сгустки синего пламени с щупальцами. Один из них присасывается к распределительному щитку, и теперь свет гаснет и здесь.
— Что это⁈ — кричит Кирилл.
— Последствия того, что вы храните, не понимая сути, — бросаю я, выхватывая пистолет. — Краг!
Каменный гуманоид делает шаг вперед. Его кожа начинает светиться изнутри тусклым оранжевым светом. Он поднимает руку, готовясь к удару.
В этот момент пульсирующая сфера в центре зала вздрагивает. Из ее ядра вырывается сгусток синего пламени и летит прямо на нас.
Глава 4
Сгусток кидается на Крага и рассыпается об него снопом искр. Крутой чувак, однако! Надо, чтоб научил потом так же.
Лена тем временем устанавливает первый генератор помех у входа. Прибор гудит, и несколько ближайших сгустков дергаются, теряя форму.
Но их становится больше. Они отрываются от сферы, капают на пол и ползут в разные стороны. Один из охранников Стрижей, не успев отскочить, падает и орет, весь облепленный синими щупальцами. Они впиваются в него, тот начинает дергаться.
— Ирина, держись сзади! — командует Гром, давая короткую очередь. Пули прошивают один из сгустков, но не останавливают его — лишь слегка отбрасывают.
Концентрируюсь. Включаю «Чтение связей» на полную. Картина искажается, как помехи на экране. Обычные нити людей вокруг — наши, охраны Стрижей, Кирилла — тянутся к сфере, искривляясь и разрываясь от ее поля. А вот нити Крага — толстые, тяжелые — уходят глубоко в бетон пола, не поддаваясь искажению — однако, какая сосредоточенная воля у этого братишки.
— Краг, готовься отойти по моей команде!
— Что ты задумал? — Лена не отрывает глаз от прибора, ее пальцы летают по настройкам.
— Охладим этот праздник. — Целюсь из пистолета в трос грузовой балки, нависающей над пульсирующей сферой. — Кирилл! Аварийный сброс воды здесь есть?
Менеджер Стрижей, прижавшийся к стене, замирает.
— Красный рычаг у колонны! Разбить стекло и рычаг вниз. Но это… дренчерная система! Затопит все!
— А эта штука, если рванет по-настоящему, — говорю я, не отводя ствола от троса, — оставит от всего твоего склада мокрое место. Про «Прометей» слыхал? Вода. Сейчас.
Кирилл делает шаг к колонне, белый, как мумия. Чем-то тяжелым разбивает стекло щитка, пальцами ощупывает массивный красный рычаг.
Краг отходит на два шага от сферы. Его кожа светится теперь почти белым, от него исходит волна жара. Воздух над ним дрожит.
— Лена, жги!
Лена поворачивает регулятор на глушителе до упора. Прибор издает пронзительный, режущий уши визг. Сфера на мгновение сжимается, будто ей больно.
Я стреляю. Одна пуля, вторая. Трос грузовой балки лопается, балка обрушивается вниз, с грохотом ударяя в сферу, но тут же отлетая в сторону. Сфера вздрагивает, сжимается еще сильнее. Из нее вырывается хаотичный сноп синих лучей. Один из них бьет в потолок. Снова грохот. А это уже серьезно: потолок начинает рушиться.
Благодаря светопреставлению замечаю в темноте верхнего яруса, на галерее технического обслуживания, силуэт. Человек в темной одежде. В его руках — удлиненный предмет. Бинокль? Прибор наблюдения?
Силуэт резко отскакивает от перил, больше я его не вижу. Но странное ощущение, что где-то он уже бывал, не оставляет. Не тот ли оператор, с крыши завода «Энергия»?
Сфера пульсирует чаще. Ее края рвутся. Из нее теперь не капают, а хлещут сгустки энергии.
— ВОДУ, КИРИЛЛ! — ору я.
Он, наконец, дергает рычаг вниз.
Потолочные магистрали дают залп — целые стены воды падают разом буквально нам на головы. Вокруг шипит, как от масла на ста сковородках, валит мощный пар, что не видно ни хрена. Вспышки синего света гаснут. Затем резкий, трещащий звук — будто ломается огромное стекло — и сфера-аномалия схлопывается. Не исчезает, а именно схлопывается, всасывая в себя часть пара. Синие сгустки на полу шипят, чернеют и тают в воде, как лед, только с маслянистыми разводами.
— Выходим! — командую я, пытаясь пробиться к выходу через воду. Пол уже по щиколотку в ледяной воде.
Команда отступает за мной. Краг идет последним, шагает, грохоча каменными ступнями по затопленному бетону, и вдруг нагибается. Его рука погружается в воду и выныривает, сжимая какой-то предмет.
Выбегаем из склада на воздух, и стоим, кто отдышаться не может, кто откашляться. Вода из двери растекается по асфальту огромной лужей. Портовая охрана Стрижей мечется вокруг, что-то орет.
Оборачиваюсь к Крагу. Вода стекает с его каменной кожи, шипит и превращается в пар. Он протягивает руку, на ладони диск — почерневший, с рифленым краем, размером с диск автомобильного сцепления. На одной из сторон, под копотью и повреждениями, видна вытравленная в металле эмблема — стилизованная снежинка с острыми лучами.