— Это безумие! Городской совет никогда не согласится на такие условия!
— У вас есть ровно пятнадцать минут на принятие решения, — безжалостно прерываю я. — После этого мой следующий звонок будет не вам, а прямо в канцелярию, с докладом о том, что городская администрация в условиях ЧП отказывается сотрудничать с уполномоченным экспертом двора, ставя под угрозу жизни граждан и стабильность. А я, как вы помните, официально уполномочен такие доклады составлять. После недавней истории с портом к моим словам отнесутся очень внимательно. Удачи с объяснениями.
Кладу трубку. Лена смотрит на меня оторопело:
— Ты только что откровенно шантажировал градоначальника. В открытую.
— Я грамотно использовал свой официальный статус по его прямому назначению, — поправляю я. — Петров, немедленно готовь типовой контракт на эксклюзивные права. Лена, собирай группу в полной боевой готовности. Мы выдвигаемся к рынку сами, но попутно ждем официального вызова от администрации. Если его не будет через пятнадцать минут — въезжаем без него, а Петров начинает готовить тот самый доклад в канцелярию о саботаже.
Проходит десять минут напряженного ожидания. Петров нервно перебирает бумаги, периодически что-то подсчитывая на своем планшете.
— А если они все-таки не сломаются? Мы въедем без санкции, это же…
— … Будет формальным нарушением, которое двор проигнорирует, если мы устраним угрозу, — заканчиваю я за него. — А вот для градоначальника такое «нарушение» станет доказательством его некомпетентности. Он это понимает. Он позвонит.
Кофемашина шипит, заканчивая готовить очередную порцию эспрессо. Беру чашку.
— Кстати, о финансовой компенсации. Петров, если бы твоя страсть к экономии была магическим даром, ты бы давно стал архимагом финансов. Жаль, муниципалы принимают только деньги, а не твои гениальные таблицы.
Петров обиженно хмурится, поправляя очки:
— Но я ведь экономлю на мелочах, чтобы хватило на важное!
— Например, на тушенке для всего персонала? — поднимаю бровь.
Смотрю на часы. Прошло семь минут.
— Лена, группа готова?
— В полном составе у машин. Ждут команды.
— Отлично. Пусть ждут еще восемь. Мы даем чиновнику пятнадцать минут на осознание. А если он не позвонит — въезжаем без его благословения. Просто на этот раз у нас не будет городских ресурсов и юридического щита. А у него — будет мой доклад в канцелярию о препятствовании работе эксперта.
Ровно через четырнадцать минут и тридцать секунд звонит телефон. Голос чиновника звучит сдавленно, будто его владелец пытается говорить через стиснутые зубы:
— Согласны. Но только на пробный период — один месяц. И с правом досрочного расторжения при нарушении условий.
— Месяца нам более чем достаточно, — спокойно соглашаюсь я. — Присылайте мандат с печатями. И подготовьте отдельное помещение для нашего оперативного штаба в центре города — с отдельным входом и охраной.
Вешаю трубку и поворачиваюсь к команде.
— Теперь у нас немного больше полномочий. И ровно тридцать дней, чтобы доказать их абсолютную необходимость.
Лена все еще выглядит несколько шокированной.
— Ты вообще осознаешь, что мы только что стали… монополистами?
— Монополия на хаос — звучит довольно эффектно, — замечаю я. — И, кстати, Краг остается здесь. Его присутствие может спровоцировать… хаос среди населения.
Краг издает низкий, скрежещущий звук. Он встает, и его массивная фигура затеняет свет от окна. Он прижимает кулак к своей каменной груди. Потом резко бьет кулаком в открытую ладонь — жест, который мы уже читаем как «готов драться».
— На площади это не сработает, — парирую я, глядя ему прямо в желтые глаза. — Там будут городские службы, охрана, может быть, пресса. Появление каменного гуманоида вызовет панику, а нам нужна концентрация на аномалии. Не говоря уже о том, что, если там появятся сильверы, твое присутствие превратит любую возможность диалога в немедленный бой. Тебя брали на склад и в порт — там была закрытая территория, свои люди. Сейчас — публичный инцидент. Разные правила.
Ирина объясняет Крагу мои слова жестами и образами. Краг замирает, его каменные пальцы медленно разжимаются. Он кивает один раз — коротко, резко. Типа, не согласен, но понимает логику. Наверное.
Час спустя мы уже подъезжаем к месту вызова. Городские службы оцепили весь район, но явно не представляют, что делать с мерцающим разломом посредине рыночной площади. Несколько пожарных машин бесцельно стоят по периметру, их команды в растерянности наблюдают за пульсирующим пространственным разрывом.