Ирина замирает на пороге, прижимая руки к вискам.
— Здесь… громко. Как эхо от множества голосов.
Я киваю — все как в прошлый раз.
Внутри пахнет гарью и пылью. Включаю мощный фонарик. Перед нами — ну как есть, завалы из обломков перекрытий и остатков лабораторного оборудования.
Лена переключает режим на портативном спектрометре.
— Показывает, что как бы пространство здесь кривое. Показатели прыгают — то зашкалит, то в ноль.
— Ну, если впереди похожий разлом, типа как вчера, то, возможно, он в данный момент просто икает, — предполагаю я. — Или у него скачет давление. Может, предложить ему таблетку?
Лена смотрит на меня без улыбки.
— Петров, продолжай искать везде, нет ли где данных о подобных пространственных флуктуациях, — говорю в смартфон. — И просчитай, во сколько нам обойдется лечение пространственной икоты. — Может, хотя бы он оценит юмор.
Внезапно воздух в центре зала начинает дрожать. Через секунду громкий хлопок, и вот она, родимая: мерцающая дыра размером с человека. Из нее сразу же без предисловий с грохотом выпадает массивное существо, ударяется о бетонный пол и замирает без движения.
Рука сама дергается к кобуре. Выхватываю ствол, навожу то на портал, то на этого типа. Лена также стоит, вцепившись двумя руками в пистолет, стволом водит по краям аномалии.
— Если оттуда полезет еще что-то — стреляй без предупреждения! — бросаю я ей, не отводя взгляда от разлома.
Осторожно подхожу к существу. Приземистый тип, кожа — как будто из вулканического камня. Типа как хитиновые пластины, только по ходу реально каменные. Без сознания. Из раны на плече сочится темная, маслянистая жидкость.
— Что это? — Лена держит позицию, ствол все еще смотрит в разлом.
— Определенно не наш, — отвечаю я, наконец переводя ствол в сторону от существа, но не убирая его. На секунду включаю «Чтение связей», бросаю быстрый взгляд на пришельца. Картина сбивает с толку. Нити есть — значит, сознание присутствует. Но они… неправильные. Не цветные, не серые, а будто состоят из гравия, грубые, колючие. И все они, как щупальца, тянутся обратно в пульсирующую дыру. Связь с местом оттуда настолько сильна, что почти физически видна. Интересно.
— Петров, срочно ищи в базах любую информацию о гуманоидах с каменной кожей! И пока не выключай связь — у нас тут дыра в полутора метрах, и она не закрывается.
— Уже ищу! Но… Вот так, с ходу — ничего! Никаких подобных описаний!
В этот момент существо на полу шевелится, его каменные пальцы сжимаются. Оно издает хриплый, гортанный звук, больше похожий на скрежет камней. Потом еще один, четче:
— Кррраггх…
Я перевожу взгляд с него на пульсирующую дыру и обратно. Быстро делаю снимок с телефона, отправляю Петрову.
— Ладно. Знакомься, Петров. Похоже, это Краг. Пока без отчества. Ищи теперь все, что связано с этим словом. В мифах, легендах, детских сказках — где угодно.
— Понял! Краг… Буду копать!
Гром уже на позиции у входа. Лена вызывает подкрепление и медицинскую группу. Тем временем я осматриваю существо — а это некий панцирный гуманоид.
Товарищ этот снова шевелится, что-то мычит. Наконец, открывает глаза — желтые, с вертикальными зрачками.
Гром, глядя на эти глаза, восклицает:
— О, у него глаза как у кота. Мурчать будет?
Краг издает низкий рык.
— Не, не будет. Ладно, хоть не шипит.
Гуманоид пытается подняться, но падает от слабости.
— Успокойся, — говорю я, показывая открытые ладони. — Мы не причиним тебе вреда.
Он издает серию гортанных звуков. Язык совершенно незнакомый, ни на что земное не похож. Смотрит на меня своими желтыми глазищами. Взгляд тяжелый, как бетонная плита. Я бы даже сказал — фундамент многоэтажки.
— Давай-ка, друг, без резких движений, — добавляю. — У нас тут казенное имущество. Если разнесешь пол — Петров потом полгода будет удерживать стоимость ремонта из моей зарплаты. А мне еще кофе покупать. Ирина… Можешь уловить что-нибудь? Хоть отблеск.
Ирина сосредоточенно смотрит на существо, ее лицо напряжено.
— Словами — нет… но есть образы. Вспышки. Взрывы, чужие крики… Чувство ловушки. И в нас сейчас он видит угрозу. Не понимает, где он.
Чувствую, как давление в висках нарастает от попыток читать узоры его нитей.
— Его связи с дырой ослабевают, рвутся. Но те, что остались… Парень этот изрядно осерчавший. Не на нас. На того, кто его сюда отправил или просто сейчас был по ту сторону. Попробуй спроецировать ему обратно что-нибудь от нас. Словами не поймет, надо как-то на ощущения. Покажи… безопасность. Покажи намерение помочь.