И всё это осталось по ту сторону портала. Ещё и программу, скорее всего, свернут за ненадобностью. Потом, конечно, возродят, да только время будет упущено. А значит, проблема демографии останется и усугубится. Что там скажут учёные насчёт скрещивания людей и эльфов — бог весть. Хотя это могло бы решить проблему с дефицитом женщин, мало бы кто из мужчин отказался — ушастые бабы на голову превосходят землянок. Другое дело, что эльфийки остаются собой, представительницами совсем другой цивилизации.
— Если? — подняв на посла взгляд, не своим голосом переспросила Алёна. — Если родится⁈
Высоцкий посмотрел на неё и целую секунду пытался вспомнить, о чём она ведёт речь. А потом нахмурился и поднял руку, чтобы объясниться, но в этот момент дверь в кабинет главы посольства с грохотом распахнулась.
Семён Тихонович вошёл в помещение, сжимая кулаки. Глаза дворянина пылали гневом, хотя он и держал лицо каменно спокойным. Но ярость, пышущая от него во все стороны, не оставляла сомнений в настрое Смирнова.
— Ты что творишь⁈ — прошипел он, обходя стол посла. — Ты. Как. Посмел⁈
Александр Олегович начал вставать, но руки молодого дворянина уже вцепились в лацканы пиджака и рванули мужчину на себя. На расстоянии в пару сантиметров от лица Смирнова Высоцкий смотрел ему в глаза и уже собирался открыть рот, но всё дальнейшее произошло слишком быстро.
Удар кулака в челюсть бросил главу делегации на столешницу. Мужчина со стоном схватился за место удара и зашипел от боли. Хорошо, что не перелом, успел он подумать.
— Никто. Никогда. Не решает. Что делать. С моими. Детьми, — объявил Семён Тихонович.
Дрожащая на стуле Алёна смотрела на происходящее в состоянии полнейшего шока. Как-то не укладывалось у девушки в голове, что на самом деле происходит. Мозг просто отказывался признавать, что его благородие говорит о ней.
Однако он сам внёс ясность.
— Идём, Алёна, — подойдя ближе и протянув ей ладонь, сказал Семён Тихонович. — И ничего не бойся больше. Никто не тронет ни тебя, ни нашего ребёнка.
Он посмотрел на севшего в кресло посла и со значением добавил:
— Это официальная позиция рода Смирновых. И я надеюсь, этого достаточно, чтобы вы не забывали о своём месте, господин Высоцкий.
Александр Олегович кивнул. Оправдываться, что он не собирался ничего такого делать, было уже в любом случае поздно. Случилось недопонимание, и теперь придётся двигаться дальше с учётом произошедшего.
Да, Смирнов ударил государева человека при исполнении обязанностей. Однако ситуация и так скверная. Так что Высоцкий проводил вышедших молодых людей взглядом и ещё раз ощупал подбородок.
— Хорошо, что не перелом, — вслух повторил он, после чего вдавил кнопку на панели. — Виктория, мне нужен лёд.
Придётся идти к её величеству, чтобы отвлечь внимание двора. А потому лицо нужно сохранить в первозданном, а не битом виде.
Баронство Скальное. Ярослав Владиславович Князев.
Машина съехала с уложенной строителями дороги на остатки королевского тракта. Дальность от метрополии позволила здешним ушастым жителям растащить казённое добро на собственные хозяйства. Уж не знаю, как они намеревались использовать дорожные камни, однако факт налицо — только что бывшее достаточно удобным полотно превратилось в сплошные ухабы с разбитыми колеями. А торчащие в некоторых местах плиты королевского тракта, теперь больше мешали движению, чем помогали ему.
Солнце светило справа, отмеряя очередной день, слева возвышалась каменная стена. Скалы образовывали высокий барьер, отрезающий баронство Брылёва от любых посягательств — высокие и непроходимые, не имеющие ни одного ущелья. Конечно, небольшой отряд, знающий, как пользоваться альпинистским снаряжением, всё равно сможет перебраться, но толку с того отряда?
Между скалами и землёй протекала бурная река, а на склонах, топорщащихся обломками камня, пестрели колонии мха глубокого зелёного оттенка. Смотрелось чертовски красиво, напоминая природу Дальнего Востока нашей далёкой Родины. Да и воздух тут пах иначе, присутствовала некая нотка свежести, идущая от кипящей на камнях реки.
— Поместье, ваша милость, — сообщил водитель, когда впереди показался особняк Брылёва.
В отличие от нас с Котёнком, Антон Васильевич свой дом изначально возводил с нуля. Две доставшиеся ему деревеньки располагались в стороне от тракта, и промышляли здешние эльфы исключительно животноводством, выращивая дичь в условиях, приближённых к естественным, и дарами леса. Так что в самый голодный год у Брылёва были все шансы не скинуть ни грамма лишнего веса.