Выбрать главу

— Наконец-то настоящая работа! — воскликнул он. — Надоело шить ошейники для рабов…

— Теперь будете шить ремни для свободных солдат, — сказал Гиперион. — Это почётнее и прибыльнее.

К полудню Гиперион обошёл все основные мастерские города, размещая заказы и выплачивая авансы. Производственная цепочка была запущена — через три месяца графство получит тысячу комплектов стандартизированного вооружения.

Но оружие без воинов — просто металл и дерево. Нужны были люди, способные эффективно использовать новое снаряжение.

И Гиперион знал, где их найти.

На окраине города, у северных ворот, располагался лагерь орков. Здесь жили те, кто сам пришёл в графство, привлечённый слухами о новых порядках, и те, кто был освобождён из рабства накануне.

Орочий лагерь представлял собой внушительное зрелище. Несколько сотен представителей зелёнокожей расы обустроили временное поселение из шатров, землянок и шалашей. Большинство орков были воинами по природе — крупные, мускулистые, с врождённым пониманием тактики и стратегии.

Гиперион вошёл в лагерь без сопровождения, что произвело впечатление на орков. Обычно люди боялись приближаться к их поселениям без охраны.

— Кто здесь главный? — спросил он по-орочьи.

Из толпы вышел массивный орк с многочисленными шрамами на лице и руках. Ростом он был почти с Гипериона, но значительно шире в плечах.

— Я вождь Грашак Стальной Клык, — представился он хриплым голосом. — А ты кто такой, человек?

— Гиперион. Советник графини Элизабет.

Имя Гипериона уже было известно в лагере — орки слышали о том, кто помог освободить их соплеменников.

— Ах, это ты помогал нашей новой госпоже! — Грашак оскалился в подобии улыбки. — Хорошее дело делал. Что хочешь от нас?

— Предложить работу, — прямо сказал Гиперион. — Военную службу в армии графства.

Орки зашумели, обсуждая предложение. Для них военная служба была естественным занятием, но они привыкли сражаться за тех, кто их порабощал.

— А какая служба? — спросил Грашак. — Будем охранять склады и ловить воров?

— Нет, — ответил Гиперион. — Вы станете элитной тяжёлой пехотой. Ударным кулаком армии.

Шум в лагере усилился. Элитные войска — это совсем другое дело.

— Расскажи подробнее, — потребовал вождь.

Гиперион достал свиток с планами военной реформы:

— Создаём новую армию графства. Основа — регулярная пехота из людей и эльфов. Но для прорыва вражеских линий нужны ударные отряды из самых сильных и выносливых воинов.

— И это будем мы? — уточнил Грашак.

— Именно. Орочья тяжёлая пехота — элита армии. Лучшее вооружение, лучшая подготовка, лучшая оплата.

Глаза орков загорелись. Быть элитой, а не пушечным мясом — заманчивая перспектива.

— А командиры? — спросил один из воинов. — Опять люди будут командовать?

— Командовать будут самые способные, — ответил Гиперион. — Независимо от расы. Если орк лучше понимает тактику — он и будет командиром.

Это было революционным заявлением. В большинстве армий орки служили только рядовыми.

— Интересно, — пробормотал Грашак. — А что мы за это получим?

— Во-первых, жалованье. Пять золотых в месяц для рядового, десять — для сержанта, двадцать — для офицера.

Орки ахнули. Такие деньги превышали доходы многих свободных ремесленников.

— Во-вторых, — продолжал Гиперион, — лучшее снаряжение. Доспехи из кровавого железа, оружие работы лучших мастеров, щиты с магической защитой.

— В-третьих, — он сделал паузу для эффекта, — почёт и уважение. Орочья тяжёлая пехота станет легендой. О ваших подвигах будут слагать песни.

Теперь орки откровенно возбудились. Слава была для них не менее важна, чем деньги.

— А если мы погибнем в бою? — спросил молодой орк.

— Семьи погибших получают пенсию, — ответил Гиперион. — Дети — бесплатное образование. А имена героев высекают на мемориале в центре города.

Это окончательно решило дело. Орки зашумели, обсуждая предложение, но их настрой был явно положительным.

— А обучение? — поинтересовался Грашак. — Мы умеем драться, но армейская служба — другое дело.

— Создадим военную академию, — пообещал Гиперион. — Будете изучать тактику, стратегию, инженерное дело. Не просто размахивать мечами, а думать головой.