— Устала? — раздался знакомый голос.
Ольфария обернулась и увидела Гипериона, который вошёл в покои без стука. В руках у него была бутылка хорошего вина и два бокала.
— Немного, — призналась она. — Но это приятная усталость. Усталость от важного дела.
— Отметим успех? — предложил он, наливая вино.
— С удовольствием.
Они чокнулись, и Гиперион вдруг услышал, как из соседней комнаты доносится тихая мелодия — кто-то из слуг настроил музыкальную шкатулку.
— Танец? — неожиданно предложил он, протягивая ей руку.
— Здесь? — удивилась Ольфария. — Без зрителей, без церемоний?
— Лучший танец всегда происходит без зрителей, — ответил Гиперион с лёгкой улыбкой.
Она приняла его руку, и он увлёк её в медленный танец прямо посреди покоев. Не было ни паркета, ни оркестра, ни пышных нарядов — только они двое под тихую мелодию музыкальной шкатулки.
— Знаешь, о чём я думаю? — тихо сказал Гиперион, кружа её в плавном вальсе.
— О чём?
— О том, как превратить это графство в процветающий край, — он притянул её ближе, и его голос стал почти шёптом. — Представь: магические мельницы, которые работают от силы ветра и воды, но усиленные заклинаниями продуктивности.
Ольфария слушала, завороженная не только его словами, но и близостью. Его руки были сильными и нежными одновременно, движения — плавными и уверенными.
— Алхимические фабрики, — продолжал он, поворачивая её в изящном пируэте, — где простые металлы превращаются в сложные сплавы. Целые производства, управляемые одним мастером-алхимиком.
— Это возможно? — прошептала она, глядя в его красные глаза.
— Всё возможно, — ответил он, и в голосе звучала такая уверенность, что захватывало дух. — Ты видела, как я превратил гоблинов в эльфов. Тот же принцип можно применить к технологиям.
Он провёл её в сложной фигуре, и на мгновение она оказалась почти лежащей у него на руках. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга.
— Магические конвейеры для производства тканей, — шептал он ей на ухо, — управляемые заклинаниями точности. Одна швея сможет делать работу десятка.
— А что с теми, кто останется без работы? — спросила она, но голос звучал рассеянно — она была слишком заворожена его близостью.
— Переквалификация, — ответил Гиперион, поднимая её и медленно опуская. — Создадим школы магических ремёсел. Каждый житель графства изучит основы алхимии и заклинательства.
Музыка становилась более страстной, и танец ускорялся. Гиперион кружил её всё быстрее, и Ольфария чувствовала, как голова идёт кругом от его слов и движений.
— Автоматизированные фермы, — продолжал он, не сбиваясь с ритма, — где магия земли удваивает урожайность. Алхимические удобрения, которые делают почву плодородной навечно.
— Это звучит как сказка, — прошептала она.
— Это будет реальность, — пообещал он, останавливаясь и глядя ей прямо в глаза. — Наша реальность.
В его красных зрачках плясали огоньки, отражая свет свечей. Лицо его было совершенным — точёные скулы, благородная линия бровей, чувственные губы. А главное — в нём читалась такая страсть к созиданию, такая жажда улучшить мир, что дыхание перехватывало.
— Транспортные порталы между городами, — шептал он, не отводя взгляда, — магические лифты в зданиях, алхимическое освещение улиц. Твоё графство станет чудом, о котором будут слагать легенды.
Ольфария молча кивала, полностью захваченная его видением. Она представляла города будущего, процветающие благодаря магии и разуму. Видела счастливых людей, живущих в достатке и безопасности.
— А медицина, — продолжал Гиперион, его голос становился ещё более проникновенным, — представь клиники, где твоя целительная магия усилена алхимическими препаратами. Больницы, где любую болезнь можно вылечить за часы, а не дни.
— Да, — выдохнула она. — Да, именно так.
— Магические библиотеки, где знания передаются прямо в сознание, — он снова увлёк её в танец, более медленный, более интимный. — Школы, где дети всех рас учатся вместе, изучая и науку, и магию.
Его руки скользили по её спине, притягивая ближе. Она чувствовала тепло его тела, слышала биение его сердец — сложный ритм химеры, такой непохожий на человеческий.