— Что… что вы со мной сделаете? — прошептал он.
— То же, что твой отец хотел сделать с моими людьми, — ответил Гиперион и взмахнул мечом.
В замке были обнаружены обширные подземелья, где содержались сотни рабов в ужасающих условиях. Многие из них были на грани смерти от истощения и болезней. Гиперион лично спустился в темницы, чтобы освободить узников.
— Вы свободны, — сказал он, расплавляя цепи и кандалы. — Кошмар закончился.
Некоторые рабы были настолько измучены, что не могли поверить в происходящее. Они падали на колени, благодаря своего освободителя. Другие плакали от радости или просто стояли в оцепенении.
— Всех раненых и больных доставить в лазарет, — приказал Гиперион орочьим медикам. — Остальным выдать еду, одежду и небольшую сумму денег на первое время. Кто хочет вернуться домой — обеспечить транспортом. Кто хочет остаться — найти работу.
Сокровищница замка оказалась полна золота, драгоценностей и произведений искусства. Большую часть богатств Гиперион приказал распределить между освобождёнными рабами в качестве компенсации за годы страданий.
— Богатства, накопленные на крови и слезах, должны вернуться к тем, кто их создал, — объяснил он свои действия командирам.
Замок подожгли на следующий день. Огромное здание горело трое суток, освещая окрестности зловещим красным светом. Дым был виден из соседних графств — ясный сигнал о том, что эпоха Карстайлов закончилась навсегда.
За неделю похода армия Гипериона освободила более двух тысяч рабов, уничтожила дюжину поместий работорговцев, захватила три города и полностью зачистила маркграфство от всех, кто поддерживал рабство.
— Теперь эти земли свободны, — сказал Гиперион, стоя на пепелище замка Серого Волка. — Пусть освобождённые создают здесь новое общество, основанное на справедливости.
Многие из бывших рабов просили разрешения присоединиться к его армии. Они хотели продолжить борьбу против рабства в других регионах.
— Кто хочет сражаться за свободу — добро пожаловать, — ответил он. — Но помните: мы не завоеватели. Мы освободители. Мы несём справедливость, а не смерть ради смерти.
Обратный путь в Вальденкград занял три дня. Армия возвращалась с богатой добычей и сотнями новых рекрутов. Весть об уничтожении маркграфства Карстайл разнеслась по всему королевству, вызвав ужас у одних и восхищение у других.
— Теперь все знают, — сказал командир Грашак, скача рядом с Гиперионом, — что графство Вальденк не только защищает своих граждан, но и карает врагов.
— Именно, — кивнул Гиперион. — Пусть другие работорговцы хорошо подумают, прежде чем угрожать нам. Цена агрессии может оказаться слишком высокой.
Впереди показались башни замка Кровавого Волка. Дома их ждала Ольфария, которая наверняка уже готовила планы медицинской помощи для освобождённых рабов. Работы предстояло много, но первый удар по институту рабства в регионе был нанесён. И это было только начало.
Глава 20
День девяностый первый, полдень. Ольфария стояла у высокого окна в главном зале замка, наблюдая за тем, как по дороге к воротам движется победоносная армия. Даже издалека было видно, что воины возвращаются с богатой добычей — обозы тянулись длинной вереницей, а среди орков и ополченцев шли сотни освобождённых людей.
Но её взгляд был прикован к фигуре всадника во главе колонны. Золотистые волосы Гипериона развевались на ветру, алые глаза были видны даже на расстоянии, а его посадка в седле выдавала полную уверенность в себе. Он вернулся победителем, но какой ценой?
— Ваша светлость, — обратился к ней дворецкий Генрих, — прикажете готовить торжественную встречу?
Ольфария медленно обернулась. В её глазах боролись противоречивые чувства — радость от возвращения Гипериона, гордость за победу, но и тяжёлая тень от мыслей о том, что произошло в землях маркграфа.
— Да, — сказала она после паузы. — Готовьте праздник. Большой праздник. Наши воины заслужили торжественную встречу.
— Какого масштаба, ваша светлость?
— Для всего города. Пусть каждый житель графства знает, что наши защитники вернулись с победой. Накройте столы на главной площади, откройте погреба с лучшим вином, зарежьте откормленных быков. Сегодня весь Вальденкград будет праздновать.
Генрих поклонился и поспешил выполнять распоряжения. А Ольфария снова повернулась к окну, продолжая наблюдать за приближающейся армией.