Мы с Мишей пошли по домам — собрать вещи и попрощаться с родными.
У меня из близких была только мама. Она работала поваром в школе — всегда пахла хлебом, тёплым супом и заботой. Прощаться с ней было тяжело, но ради мечты я решил идти до конца.
Когда я зашёл домой, мама стояла у плиты и готовила обед.
— Мама, — тихо сказал я, — я сегодня уезжаю в Имперскую академию. Мы не скоро увидимся… но я буду писать тебе письма. Если отпустят, буду приходить домой на каникулах.
Она обернулась, и из уголков глаз сразу покатились слёзы.
Я тоже не выдержал. Мы обнялись и сидели так, молча, минут десять.
Потом мама выдохнула, погладила меня по голове и, стараясь улыбнуться, сказала:
— Всё, сынок, садись, поешь. А я пока вещи тебе соберу и еду в путь положу.
Я тоже улыбнулся ей и послушно сел за стол.
Через час всё было готово. Я вышел из дома, махнул маме рукой — она стояла у ворот, сдерживая слёзы, но всё же улыбалась.
Я отвернулся, чтобы не передумать, и пошёл прочь.
Не успел я дойти до конца улицы, как из переулка выскочил Петька с двумя дружками.
— Смотри-ка, академик! — ухмыльнулся Петька.
Я сразу рванул вперёд, но сумка тянула плечо вниз. Шаги за спиной становились всё ближе, дыхание сбилось, сердце грохотало в ушах.
Когда я уже понял, что не успею, из-за угла вылетел Мишка.
Он швырнул свою сумку на землю и, не раздумывая, бросился на Петьку.
Я развернулся и кинулся обратно — не мог его оставить.
Мишка с разбегу сбил Петьку с ног, они покатились по земле.
Я налетел на высокого, худого парня — тот оказался проворным, ловко уклонялся от ударов. Второй, пухлый, похожий на поросёнка, пытался обойти меня сзади. Когда он сделал рывок, я резко отскочил в сторону и пнул его в лицо — тот вскрикнул и рухнул.
Но стоило мне повернуться, как я получил сильный удар в висок от худого. Всё закружилось. Ноги подкосились, мир поплыл.
Сквозь мутнеющее зрение я увидел, как Мишка, расправившись с Петькой, бросился ко мне.
— Саня! Вставай! — крикнул он, голос будто доносился издалека.
Темнота.
Когда я пришёл в себя, надо мной склонился Мишка. Он держал в руке флягу и плескал мне на лицо холодную воду.
— Эй, Саня! Очнись, ты живой? — донёсся до меня его голос.
Голова гудела, всё плыло перед глазами, будто я стоял на качающемся мосту. Но через несколько секунд я смог аккуратно приподняться.
— Живой… вроде, — прохрипел я, держась за висок. — Только голова раскалывается.
— Это видно, — Мишка хмыкнул. — Синяк будет знатный, но до свадьбы заживёт.
Я попытался встать, покачнулся, но он подхватил меня под руку.
— А где Петька с его дружками?
— Как в себя пришли — так и слиняли, — ухмыльнулся Мишка. — Еле штаны унесли.
Я улыбнулся, хоть и кривовато.
— Сколько я валялся?
— Минут пять, не больше. Ещё чуть-чуть — думал, придется на себе тащить.
Я рассмеялся сквозь боль, махнул рукой и поправил ремень сумки.
— Ладно, пошли. А то опоздаем — нас же не будут ждать.
Мы зашагали по дороге, не оборачиваясь. Позади остались детские улицы
, знакомые дворы и всё прошлое. Впереди — неизвестность.
Конец первой главы
Путешествие в город Малый
Подходя к окраине деревни, мы увидели двух рыцарей, сидящих на скамейке и внимательно изучающих карту. Когда мы подошли ближе, они поднялись и обернулись к нам.
— Меня зовут сэр Константин Фёдорович, — представился один. — А это Давид Грызлин. Но можете называть нас просто сэр Фёдор и сэр Давид. Раз вы готовы — выходим в путь. Нам нужно доставить вас до ближайшего города, а оттуда вас заберут наши коллеги.
— А на чём мы поедем? — спросил я.
— У нас есть два коня. Мы оставили их в конюшне у старосты деревни, — ответил Фёдор. — Подождите пять минут, сейчас вернёмся.
Когда рыцари ушли, я повернулся к Мишке:
— Как думаешь, что нас ждёт в Академии?
— Думаю, изнурительные тренировки и бои с монстрами, — ответил он с серьёзным видом.
— Что, прямо с монстрами будем сражаться? — удивился я.
Мишка вдруг расхохотался, чуть не упав от смеха:
— Вот ты доверчивый, Саня! Нам же по девять лет! Какие ещё монстры?
— Да я и не поверил, — сказал я, улыбнувшись. — Просто хотел уточнить. Но всё же… было бы классно сражаться против монстров.