Вынырнув с пистолетом в руке, он тут же собрался снова прицелиться, но опасность миновала: чудовище обмякло и затихло, только жуткий хвост еще продолжал конвульсивно барабанить по поверхности. Даже лежа, полосатая гадина на добрых полметра превышала рост капитана. Панер взглянул на Роджера, трясущимися руками перезаряжавшего ружье.
— Большое спасибо, ваше высочество, — произнес Панер, убирая пистолет.
— Ай, перестаньте, — произнес Роджер. — Надо делать ноги из этого проклятого болота, и чем быстрей — тем лучше.
— Чья работа, ваша или моя? — спросила Косутик. Подойдя к твари, она разрядила полмагазина в голову чудовища.
Присмотревшись к убитому хищнику, Роджер уже не сомневался, чьи пули оказались решающими.
— Я думаю, моя.
— Да, похоже, — согласилась старший сержант. — Это вы его сделали.
Новость, чрезвычайно обрадовавшая землян, заключалась в том, что атул-грэки, оказывается, встречаются достаточно редко, по одному на обширном участке. Кроме того, каждый такой хищник, которого бойцы тут же нарекли “большой бестией”, обитает непременно в сухом возвышенном месте. Это вселило надежду, и через некоторое время удалось найти такую возвышенность, правда не без помощи племянников Корда.
Рядом оказалась и река Хертан.
Насыпь была явно искусственного происхождения и, по-видимому, представляла собой остатки бывшей запруды, когда-то соединявшей берега реки. На искусственном островке сохранился обгоревший остов вышки, почти полностью изъеденной местными сапрофитами, а параллельно реке просматривались очертания бывшей дороги.
Хертан не производила впечатления могучей реки, но была достаточно широкой и с довольно быстрым течением, весьма нехарактерным для болотистой местности.
— Есть проблема, — заметил Д'Лен Па. — Плавать флер-та умеют, но плохо.
Возвышенность позволила путешественникам осмотреть окрестности — вдали виднелись невысокие холмы и горы, куда, собственно, и стремились попасть наши герои. По общему мнению, оставался всего день пути.
Сейчас же нужно было сообразить, как переправиться на тот берег реки.
— Может быть, можно перейти ее вброд? — предложил принц.
— Навряд ли, здесь не так мелко. Вот разве что плот…
— Ха! — недвусмысленно пресек его Панер, оценив приличную ширину реки.
— Наведем мост? — спросила Косутик.
— Вполне возможно, — ответил капитан. — Попробуем запустить рогожаб. Па! — обратился он к погонщику, — животные умеют плавать, но течение слишком сильное, и проблема именно в этом, не так ли?
Точно, — ответил Па. — Флер-та — хорошие пловцы, но переправляться верхом слишком рискованно: если не удержишься, можно утонуть. Рогожабы, оставшись без наездника, запаникуют и, сносимые течением, также рискуют пойти ко дну. — В подтверждение своих слов он несколько раз похлопал верхними руками. — Я надеюсь, что вы достаточно благоразумны…
— Конечно, конечно, — успокоил его Панер. — Но так или иначе, переправляться как-то надо, и желательно именно в этом месте.
— И на кой фиг мне это надо? — запричитал Поертена, снимая ботинки.
— Потому что ты из Пинопы, — отвечала Косутик. — А всем известно, что пинопанцы плавают как рыбы.
— Не равняйте всех под одну гребенку, — огрызнулся оружейник. С трудом стянув с себя вдрызг перепачканный бронекостюм, он остался стоять в одном исподнем. — То, что я из Пинопы, вовсе не означает, что я умею плавать!
— Неужели не умеешь? — ухмыльнулся Джулиан. — Что ж, придется тебя бросить насильно. Вот повеселимся-то!
Ящеропсина обнюхала солдат, неторопливо приблизилась к кромке воды, опять принюхалась, зашипела и побрела обратно.
— Ладно, я готов, — согласился Поертена.
— Точно? Не передумаешь? — Косутик не могла представить, чтобы пинопанец не умел плавать. Это все равно что вообразить себе жителя планеты Шерпа, сплошь усеянной горами, который боится высоты.
— Хорошо, согласен, — кисло повторил оружейник. — Я занимался плаванием в школе, даже участвовал в соревнованиях, но отсюда ничего не следует. — Он сделал красноречивый жест.
— Ладно, давай, надежда наша, — проговорил Джулиан, обматывая веревкой тщедушную талию пинопанца. — Вперед, принесем тебя в жертву речным богам!
Роджер сидел на дереве, прислонив к стволу ружье, и покачивал головой, посматривая вниз и прислушиваясь к добродушным подтруниваниям друзей. На первый взгляд казалось, что безмятежное течение реки не готовит смельчаку каких-то непредвиденных испытаний, но почему-то больше никто не жаждал проверять это на практике.
Обычно к ружью подсоединялся небольшой, рассчитанный всего на три пули патронник. Цель была очевидной: не увеличивать и так достаточно внушительный вес оружия. Однако в дополнение к штатному набору производитель иногда предоставлял и резервный десятипатронный магазин. Поначалу Роджер не мог себе даже вообразить, зачем стрелку может понадобиться такое количество пуль — разве что против танка, однако два таких магазина Роджер на всякий случай таскал с собой.
Мардук заставил принца пересмотреть первоначальное мнение, и отныне принц почти всегда использовал именно десятизарядник. Вот и теперь, изготовив ружье к бою и положив сменные магазины на широкую ветку дерева, прямо перед собой, принц ожидал, как будут разворачиваться события. Рядом стоял верный Мацуга, готовый моментально перезарядить использованные магазины.