— Внимание всем, — громко доложил Панер по общей трансляции. — Охранная система включена. Если необходимо вынести мусор или оправиться, пользуйтесь отхожими местами.
Отхожие места, или уборные, собственно, как и все остальное в лагере, полностью соответствовали требованиям организации временного привала на территории врага. Отхожие ямы выкапывались со стороны, обращенной к лесу. Кроме того, каждой паре участников вменялось в обязанность выкопать свой личный окоп, в котором они будут спать. Хотя такие двухметровые траншеи были не очень удобны, они гарантировали относительную безопасность. Участники, непосредственно не входившие в оперативную группу защиты (например, Роджер или О'Кейси), устанавливали собственные палатки, рассчитанные на одного человека. Палатки располагались внутри территории, обнесенной со всех сторон траншеями.
Охрану и наблюдение предполагалось вести всю ночь — бойцы должны были сменять отправлявшихся ко сну. Подобная система, призванная повысить безопасность людей, давно с успехом применялась во всех известных армиях.
— Ну, как там народ, старший сержант? — поинтересовался Панер.
— Волнуются, — призналась Косутик. — Женатые — в особенности. Все понимают, что вероятность вернуться живыми-здоровыми крайне мала. Кто же позаботится об их семьях?
— Сообщите, что при удачном возвращении на Землю всех повысят в должности и каждому выплатят приличное вознаграждение.
— Слишком рано еще об этом думать, — заметила Косутик. — Пережить эту ночь и то большое достижение. Не нравятся мне эти ядэны. А этот пенистый громила спокоен как мамонт.
Панер молча кивнул — мардуканец ему тоже действовал на нервы.
—Просыпайся, Вилбер, — капрал Д'Эстрис постукивала ружьем по ботинку гренадера. — Ну давай же, бездельник. Пора вставать.
По местному времени уже перевалило за полночь, и желание прикорнуть хоть на пару часов заглушало все остальные мысли. Вилбер был ее сменщиком — так они и чередовались с самого захода солнца. Однако становилось все холоднее и холоднее. Никаких особенных событий за время дежурства не происходило. Периодически тишину нарушали еле различимые шорохи в лесу под горой. В общем, ничего опасного. Света от двух лун, висевших над линией горизонта, было вполне достаточно, чтобы свободно ориентироваться. Эти бесконечные часы ожиданий и наблюдений, перемежающиеся невеселыми думами о том, в какой заднице они оказались… Однако сейчас очередь Вилбера, и палатка зовет ее спать. Черт, ну как же разбудить этого лежебоку?
Гренадер спал как убитый в палатке, представляющей собой спальный мешок, опоясанный трубчатым тентом. Но почему-то лежал он не в окопе, а наверху, в метре от ямы. Интересно, а засыпал он где? В окопе или… В конце концов Д'Эстрис все это надоело. Схватив Вилбера за голову, она потащила его из палатки, а затем откровенно посветила в глаза фонариком.
При первом же вскрике Роджер резко вскочил на ноги. Но лучше бы он этого не делал — по крайней мере, обошелся бы без синяков. Два пехотинца в ту же секунду схватили его и бросили обратно на землю. Пока он соображал, что, собственно, происходит, еще три дюжих молодца уселись ему на грудь, а остальные встали вокруг, держа оружие наперевес.
— Выпустите меня, черт вас дери! — завопил принц, но безрезультатно. Ему опять в полной мере демонстрировали, что его власть не выходит за определенные границы. Не оставив принцу никаких шансов, телохранители пропускали мимо ушей его яростные угрозы. В конце концов пришлось смириться — и его разобрал нервный смех.
Через несколько минут его так же неожиданно освободили. Дружелюбно отшучиваясь, солдаты встали, и чья-то рука помогла принцу подняться. Было темно, как в подземелье. Подивившись вновь, почему его вдруг отпустили, Роджер обнаружил, что на голову ему уже надет шлемофон и к маске подключены световые усилители. В дверях палатки появился Панер.
— У нас ЧП! — Голос командира был усталым. — Вампиры вашего друга посетили-таки нас.
Гренадеру, уроженцу Нового Оркнея, было двадцать два года. При росте в сто семьдесят сантиметров он весил около девяноста килограммов, а его веснушчатые руки были густо усеяны светло-рыжими волосами.
Однако сейчас он больше походил на обтянутый кожей скелет.
— Что бы это ни было, — начала Косутик, — но оно выпило всю кровь жертвы, до последней капли. — Расстегнув хамелеоновскую куртку, она указала на два рубца на животе. — Видите артерии? —добавила она, повернув голову гренадера так, чтобы стали видны еще две отметины на шее. — Два прокола, явно от зубов. Зубы похожи на человеческие, может быть, немного уже.
Панер повернулся к Д'Эстрис, сменщице убитого. Девушка стояла мертвенно-бледная.
— Так, расскажите, пожалуйста, все по порядку. — Командир, как всегда, старался владеть собой.
— Я ничего не слышала, сэр. Также ничего не было видно. Я не спала. За все это время Вилбер не издал ни звука, да и вообще не припомню какого-либо шума.
Девушка явно колебалась.
— Я… я, возможно, кое-что слышала, но это был такой слабый звук, что я даже не придала ему значения. Это скорее напоминало тест для проверки слуха, когда точно не знаешь, услышал что-либо или нет.