- То есть, еще можно его вернуть, если он еще не расшифрован? И все останется, как было?
- Ну… Я бы сказал, что это почти невозможно. Но помнишь, что я говорил тебе насчет невозможного? Мои люди уже нарыли всю информацию о том, кто это сделал. Офис на Кубе, несколько офшорных компаний на островах, пара офисов в разных странах. Местоположение и адрес – неизвестны, информация защищена. Ремми улетел на Кубу. И скорее всего уже отдал диск. Конечно, он заляжет на дно и не вернется в США, так как совершил здесь убийство. Искать его – как иголку в стоге сена. Но мы нашли еще что-то. Некий посредник их компании, менеджер, скажем так. Должна прилететь в США по поддельному паспорту. Настоящее имя – Дарья. Вычислить её было непросто, но мы смогли. Через неё можно узнать информацию о Ремми. Хотя найти её – это тоже непросто. Мы не знаем по каким документам она прилетит, номер рейса. Просто абстрактная информация. Есть фото и описание внешности. Приблизительное время в районе месяца, в которое она планирует прибыть сюда. На этом все.
- Если мы найдем её, мы выйдем на Ремми, а потом сможем вернуть диск. Я правильно вас понял? – сделал вывод Мартин.
- Если мы найдем её, мы сможем выйти на Ремми. И ты убьешь его. Но с диском уже сложнее – он уже ушел в такие дебри, куда будет сложно добраться. Но можно попытаться. Вероятность успеха – 30 процентов из 100. Я больше надеюсь на наших программистов, может быть им удастся как-то заблокировать информацию. Или их люди не смогут расшифровать код.
- То есть…Вы все это рассказали только для того, чтобы я убил Ремми? Только ради меня и моей мести?
- Ну, скажем так, это как совместить два дела в одно. Наши партнеры же совместили нелегальные перевозки нефти и шпионаж. Хотя какого хрена он им понадобился – решили извлечь второстепенную выгоду. Так и ты – держи в голове убийство Ремми, может быть и диск получится вернуть. Совместишь приятное с полезным.
- Приятное? Это не об убийстве, все-таки, - не удержался Мартин.
- Не придирайся к словам, Мартин, - упрекнул его Риксон. – Ты не знаешь, что ты почувствуешь, когда убьешь его. И вообще все это – только размышления. Пока у нас ничего нет – ни следа Дарьи, ни тем более следа Ремми. Зачем спорить о том, что еще может не случиться?
- А если ничего не случится? Я останусь у вас? – задумчиво спросил Мартин.
Риксон не ответил и стал перебирать бумаги с какими-то записями, сделанными от руки.
- Я останусь у вас. Стану профи, с такими-то тренировками - сказал Мартин через минуту. – Как думаете, рискнете отправить меня на поручение, после такого?
- Не будем забегать вперед, Мартин. Пока не решили то, что должны решить, - ответил Риксон.
Он открыл маленький мини-бар в выдвижной тумбочке под столом и достал виски с колой. Смешав в пропорции один к трем, он протянул стакан Мартину.
- Мне сейчас тоже нужно выпить, - сказал он.
Мартин сделал глоток и почувствовал вкус дорого выдержанного алкоголя. Ему вдруг вспомнилось, как он пил в хижине в лесу сразу после убийства Криса. Он поморщился и мысленно отмахнул воспоминания. Обжигающий и дешевый алкоголь. Но эффект все-таки у них один и тот же. Одинаковая конфета, просто в разной обертке.
Риксон вдруг подошел к шкафу и достал граммофон.
- Раритет, купил на аукционе, - сказал он. Достал пластинки и через несколько мгновений кабинет заполнила музыка – легкий джаз. Риксон снова достал алкоголь и повторил, только теперь пропорция виски увеличилась.
- А у вас разве нет здесь секретарши? – поинтересовался Мартин.
- Была раньше, но я здесь стал редко бывать, - ответил тот.
- Музыка с пластинок как-то по-другому звучит. Более живой, с душой. Не электронная мертвая запись. Все-таки, цифра убивает все живое, - вдруг сказал он.
Они пили виски в молчании, Риксон наливал Мартину и себе, пока не выбросил бутылку в мусор с звякающим стуком.
Он сменил пластинку и внезапно из граммофона послышалась песня Мэрилина Мэнсона.
- Мой сын любил эту песню, - задумчиво сказал он. – Я даже хотел пригласить этого певца на его юбилей – 20 лет. Но он потом передумал и решил отмечать на яхте.
- Что с ним случилось? – осмелился спросить Мартин, виски уже разлился в его крови и добавил смелости.
- Наркотики. Он был слишком самонадеянным, как ты. Не рассчитал свои силы, - как-то сухо и отчужденно ответил Риксон.
- Знаешь, если бы я знал, что в его смерти был виноват кто-то другой, не он сам, мне было бы легче. Я бы кого-то убил, выместил ярость. Но нет. Некого винить. Барыгу из интернета? Он тут не при чем. А у тебя другая ситуация, Мартин. Ты тоже потерял дорогого человека. Но ты знаешь, кто его убил. Это совсем другое. Совсем, - последнее слово он произнес очень медленно, нараспев. И замолчал.