– Я хотел перекинуться парой фраз насчет вчерашнего.
– Никогда так не делай, – произнесла чуть ли не по слогам. – Хотя бы ради своего будущего потомства, – выдернула руку и продолжила свой путь.
– Вообще-то я ждал от тебя извинений.
– Бегу и спотыкаюсь. Царь и Бог хренов. Мне не за что извиняться.
– Ладно, давай по-другому. Я извиняюсь за то, что схватил тебя вчера за руку неожиданно.
– Засунь свои извинения себе в задницу. В твоих словах нет ни капли раскаяния.
– Ну и язык у тебя. С виду такая тихоня и серая мышь. А у самой язык как помело.
– Шел бы ты лесом, Швецов. Вокруг тебя столько красоток и поклонниц – бери любую. Хоть белую, хоть черную, хоть красную, хоть зеленую и так далее.
– Если ты знаешь меня, то, значит, тебя можно тоже в ряд поклонниц записать.
– И не надейся. О тебе я знаю, потому что все девчонки о тебе только и жужжат. Швецов это, Швецов то, – начала кривляться. – Боже, он такой красавчик, у меня уже трусики мокрые! А правда, что у него большой? Говорят, его семья очень-очень богатая, было бы неплохо с ним замутить. Но больше всего мне нравится, как говорят о тебе адекватные люди: Швецова отправили за границу, чтобы не позорил свою семью. В семье не без урода, – с меня так и лилась желчь.
Макар стоял уже не с ухмылкой на лице, а с каменным выражением. Ударила по самому больному, видимо. Иногда таких выскочек нужно ставить на место.
– Да что ты знаешь, идиотка недоделанная? Вы, бабье, только сплетни умеете собирать. Тоже мне, нашлась принцесса, – красный как рак от злости, Швец направился в противоположную сторону.
За все время, которое обучаюсь в этом университете, это первый случай, когда привлекла такое внимание к своей персоне. Теперь слухи расползутся, как плесень в сырой квартире.
Зашла в аудиторию и села на свое место. Соседки по парте еще не было, как и половины группы. И не факт, что на этой паре будет весь состав. К Петру Игнатьевичу приходит вся группа только на зачет. Ему вообще по барабану, кто на паре, но зачеты он принимает со всей строгостью.
Юлька опоздала на десять минут из-за погоды, которую она проклинала первую полупару. Как и предполагала, не вся группа соизволила посетить занятия. Я бы тоже на половину пар не ходила, но образ отличницы необходимо поддерживать.
– Охренеть! – пробормотала Юля. – Стась, что ты ему сказала?
– Ты о чем?
Одногруппница поворачивает экран своего телефона ко мне. На нем издалека кто-то снимает нас со Швецом.
Вот так и знала, что подобное не останется без внимания. Вот же черт!
– Он мне докучал, а я дала ему понять, что в его внимании не нуждаюсь.
– Ну да, ты же у нас замужняя девушка. А если бы не муж, замутила бы с ним?
– Нет. Парни такого типа мне не интересны.
– Но все равно он красавчик.
– На любой товар найдется свой купец.
– С тобой совсем невозможно говорить. Не посплетничаешь нормально.
– Терпеть не могу сплетни. И тебе советую завязывать с этим, – сказала ей тихонько и продолжила делать пометки в тетради.
Соколова дулась на меня две пары, но потом все-таки не выдержала и начала читать мне комменты под видео:
– «Что он в ней нашел?» «На кого-то получше не посмотреть?» «Это Станислава, мы учимся в одной группе. Она замужем. Видимо, поэтому она отшила его.» И множество других завистливых комментариев, – выключила она телефон. – Ты теперь у всех на слуху. Кто-то завидует, а кто-то восхищен тобой. Такую популярность бортанула.
– Юль, вместо чтения всякой ерунды занялась бы подтягиванием математики, – вздохнула тяжело и продолжила наслаждаться самым вкуснейшим чизкейком в приуниверситетском кафе.
– Да не понимаю я этот предмет, хоть тресни! Не мое это! Не хочу учиться. Выйти бы замуж за миллиардера и в ус не дуть.
– Редко когда встретишь молодого состоятельного мужика. Найди старого пердуна, который вот-вот кыкнит, заставь его написать на тебя наследство, и тогда будешь жить припеваючи.
– Не-е-е… Я хочу по любви. Чтобы раз и навсегда.