Она снова ослепительно улыбнулась, и он сказал почти правду:
— Я хочу знать, как магия крови работает. Как я могу избегать ее применения, если не знаю, чего я не должен делать? Неужели никто не пользуется ею? — Млад замолчал, неожиданно вспомнив, и перешел на шепот, хотя рядом никого кроме них не было: — Райнер использует магию крови. Он резал свою ладонь, чтобы запечатать тень в банке.
Млад невольно посмотрел на собственную окровавленную руку — порез болезненно дергало.
— О, — задумчиво протянула Дэйва, улыбаясь так, словно знает секрет, — но для банки с тенью не нужна кровь. Выходит, Райнер не умеет обращаться с тенями и не знает основ.
— Он сказал, что кровь связывает тень с ее вместилищем, с банкой, колбой, — Млад неопределенно взмахнул руками, — с тем, во что ее помещают.
— Он прав, кровь связывает. Но все куда тоньше. Например, сейчас мы с тобой связали себя с этой книгой и друг с другом, но эту связь легко выжечь. На это есть сотни простых, даже тривиальных заклинаний, но применить их может лишь тот, чью кровь нужно выжечь, — она слегка наклонила голову, задумчиво разглядывая Млада, — ты ведь знаешь, что заклинания применяются только в магии стихий?
— Да, они усиливают…
— Кровь сама по себе столь сильна, что ей не нужно ничего. Я покажу, — Дэйва наклонилась над книгой.
Млад невольно скользнул взглядом по белой коже, показавшейся в вороте ее платья. Девушка развернула книгу к себе. Ковырнув уже подсохший порез, опустила ладонь на страницу и громко приказала:
— Я дала тебе себя. Дай мне что-то в ответ!
Млад вздрогнул от ее голоса, разлетевшегося по помещению.
Книга попыталась захлопнуться, но Дэйва навалилась на нее всем весом и повторила:
— Я дала тебе себя. Дай мне что-то в ответ!
Было в этом нечто неправильное. Стихии надо просить, а не приказывать. Но кровь же не стихия. И Дэйва делала это так уверено. Ее глаза сверкали, словно в них была магия, ее волосы слегка шевелились, хотя никакого ветра в библиотеке быть не могло. Млад не мог отвести глаз от ее сосредоточенного лица.
Книга дернулась, и буквы на открытом развороте сложились в причудливый рисунок: несколько пересекающихся кругов, десяток линий, в центре крест, в котором можно было узнать длинный клинок с широкой гардой, рядом, развернула крылья большая птица с тупым клювом. Буквы сложились в слова, а слова в историю.
— Что это? — спросил Млад, пытавшийся найти начало рассказа.
— Предостережение, — прошептала Дэйва, — дракон, — она ткнула пальцем в птицу, — и история его заточения, — она показала на меч, — место, где это произошло, — она провела пальцем по одному из кругов и подняла голову: — Ты знал, что Каллист направлялся к могиле дракона, когда погиб?
Вопрос был неожиданным, но мягким — Млад увидел скорбь на лице девушки.
— Я думаю, что он, как и огнепоклонники, ошибся, — прошептала Дэйва, снова вглядываясь в узор на раскрытых страницах, — теперь мы точно знаем где.
— Нам не могло так повезти, — с сомнением протянул Млад, — я взял первую попавшуюся книгу, и в ней содержится информация, которую все ищут уже много недель?
Под ними вздрогнул пол, но они не обратили на это внимания, давно привыкнув к землетрясениям и отдельным толчкам.
— Возможно это не случайность, — серьезно ответила Дэйва, — ты пришел в библиотеку, когда здесь была я. Взял книгу, которую не знал, как открыть, но знала я. У меня одной открыть ее не получалось, ясно, что нужен союз. И эта книга дала нам ровно то, что нужно. Возможно это судьба.
— Следует все рассказать кому-то. Ее величество Эстелита давно изучает все, что связано с драконом.
— Тогда она наверняка знает все это, — Дэйва рассеяно махнула рукой, выдавая разочарование, — что ж беги к ней, если сам ничего не можешь.
— Я могу, — тут же разозлился Млад, — но дракон… Дракон это смешно, слишком много для недоучки, вроде меня и, не умеющей колдовать, принцессы.
— Принцессы? — переспросила Дэйва.
Млад замер. Этож надо такое ляпнуть!
Пытаясь исправить ситуацию, он поклонился:
— Прошу прощения, ваше величество, я не хотел вас обидеть.
— Я не обижаюсь, Млад. У меня есть магия. В нашем роду не рождаются без магии. Я лишь должна выяснить, что ее блокирует. Без магии король не так уж долго остается королем.
Она рассеянно постучала ногтями по столу. Младу отчаянно захотелось ее приободрить.
— Но ведь в вашем роду были не одаренные, или очень слабые маги. О них складывали легенды и они правили долго. Я читал про короля Энтони. Есть легенда, что он мог двигать горы. Но только в его истории масса обобщений, неточностей и противоречий. Мне показалось, что он никогда не пользовался магией прилюдно, а он правил почти полвека.