— Правление Энтони было долгим, но бесславным, — покачала головой Дэйва, — мы потеряли архивы, потеряли Авелот. Войны и эпидемии — вот из чего состоит его история. А чего еще следовало ожидать от бедного Энтони? Он был младшим ребёнком и вовсе не должен был стать королем. Вряд ли его учили, как следует, и вряд ли советники ему многое позволяли. Темный период, в который походя разрушили величайший город своего времени! А может и нашего…
Она закусила губу, от чего ее лицо сделалось совсем круглым и детским, словно обижалась на дальнего предка и его современников.
— Он позволил огнепоклонникам создать культ. Не выиграл ни одной войны. Есть подозрение, что он даже не смог оставить детей и мы потомки его неверной жены, но никак не его! Дара земли у нас в роду нет много поколений. Последний была его мать, Великая Ллинос, Зеленая соколица.
— И все же в учебниках об Энтони отзываются положительно, — Младу стало совсем неловко. — И кроме него были другие. Великая Ллинос не может не быть вашим предком! Вы даже похожи на нее!
Млад вздрогнул поняв, что во сне видел мертвую Дэйву и мертвую Ллинос. Это ж надо так разыграться воображению! Он видел портреты прежних королей в замковой галерее. Дэйва действительно была похожа на королеву древности. Больше, чем Эстелита и Изабелла.
— Столь глупая лесть тебе не идет, — отмахнулась Дэйва, но выражение ее лица выдавало, что слова достигли цели. — Если правда где и сохранилась, то в Авелоте. Ямалп пережил несколько пожаров во времена Энтони. Записи о том, что временах до его правления отрывочны. Так что эти поиски заведомо бесперспективны.
Она вспорхнула со стула, желая уйти, но замерла, будто ее осенила догадка. Однако делиться ею с Младом она явно не собиралась. Вместо этого Дэйва похлопала его по плечу:
— Я думаю, что нам не просто так открылась информация о драконе. Перепиши для меня то, что сможешь разобрать. И лучше не распространяться о магии крови. А то у нас будут проблемы.
Млад некоторое время смотрел ей вслед. Он никак не мог взять в толк какие проблемы могла сулить магия крови королеве.
А затем его мысли переключились на другое. Дэйва не первый раз находила его и заговаривала с ним. Это могло значить что угодно, но вряд ли что-то по-настоящему плохое.
Глава 42. Тайный дом
25.11
Синяя луна — растет
Красная луна — растет
Желтая луна — убывает
Небо уже несколько дней было затянуто тучами. Холодный ветер сообщал о том, что зима вступила в свои права. Первые снежинки кружились в замысловатом танце и больно кололи лицо и руки, но пока еще превращались в воду, когда опускались на землю.
Лита отчасти любила это время года. В Локоссе зимы всегда были снежными. Снег давал ей чувство безопасности. На улицах становилось светлее, и в окружении воды, пусть и измененной, ей было хорошо.
На сером крыльце ничем не примечательного и слегка покосившегося дома сидела черная кошка с желтыми глазами.
— Первым пойду я, — объявил Люциан, и Лита не стала с ним спорить.
Этот дом принадлежал Райнеру, но Лита о нем узнала лишь несколько часов назад, и к множеству прежних вопросов добавились новые. Хотелось малодушно махнуть рукой, но это было самое вероятное убежище для Бруно, если вообще зелейная мастерица все еще в городе. Другие варианты Люциан уже проверил.
Дом окружили солдаты. На крышах сидели лучники, но это не успокаивало.
Люциан поднялся по скрипучим ступенькам и постучал в дверь. И его смел чёрный вихрь: кошка самозабвенно лизавшая заднюю лапу, в одно мгновение увеличилась до размеров медведя, с рыком бросилась вперед и попыталась разорвать нагрудник Люциана. Он ударил кошку ножем, но та даже не заметила.
Лита призвала на помощь воздух вертевшийся вокруг. Кошка отлетела в сторону, стукнула о стену тремя хвостами, выбивая деревянные щепки. На концах хвостов мелькнул метал.
Подобного следовало ожидать. Если не защитные заклинания, то магическое существо.
Лита активировала заготовленный щит как раз в тот момент, когда кошка бросилась на нее.
Несколько стрел прошли сквозь спину и грудь кошки и воткнулись в землю. Раны от стрел дымились и исчезали.
Лита отбросила существо еще одной воздушной волной. Кошка приземлилась на четыре лапы, выбивая когтями искры из камней.