Если двинуться в горы, то он сможет найти силу, которая связана с этим камнем. Силу, которая помогла ему с огнем. Была ли эта сила дружелюбной? Да и огнепоклонники не просто так ждали их именно здесь. Это место для них важно. Дает ли оно силу им или они ему? Это место хочет жертв или дарует любовь?
Снова идти за кем-то? Или все же это будет его собственный путь?
Выглянувшая из-за облаков медвежья луна на минуту подсветила северные пики покрытые снегом. Один из них особенно выделялся, словно пронзал небо и пытался разорвать его на части.
Лист вспомнил, что в одной из легенд говорилось, будто над драконом создали гору.
Легенды, герои, детские игры.
Лист покачал головой.
Он уже гнался за драконом и встретил смерть. Но что, если только оказавшись здесь, можно понять куда именно идти? И что, если именно там найдутся ответы?
Лист отвернулся от камня и, вероятно в тысячный раз за прошедшие сутки, попытался отправить сообщение. Ему бы пригодился сейчас совет Беллы, Гура, Райна, да хоть кого-нибудь!
Но огонь недавно так много сделавший, теперь не хотел работать посыльным.
— У меня тоже не выходит, — Тим подошел к нему тихо, но не скрываясь. — Я надеялся, что если отойти подальше, то получится, но нет. Что-то изменилось. Стихии не слушаются так, как прежде.
— Я в этом ничего не понимаю, — признался Лист, и снова посмотрел на камень.
Придется решать самому. Как бы он поступил, если бы шла речь о назойливой тени тероризирующей захолустную деревеньку?
Если эта тень отряду по силам, то не стал бы ждать никого и перекладывать ответственность.
Ясно ли он мыслит?
Никакого мерзкого свиста в ушах, нет головной боли, даже раны на спине не напоминают о себе. Если тень Синей горы или стоящий за ней влиял на него, то как раз отговаривал его идти сюда. Очень настойчиво отговаривал.
Лист не ощущал никакой угрозы от белого камня. Карту и путь он увидел сам. Этот путь ему по силам. Даже провиант есть. А если там окажется дракон, то это будет правильно. Кому как не воину встречать угрозу лицом к лицу?
— Ты всё решил, — Тим по-прежнему стоял рядом.
Лист кивнул.
Да, он привел своих людей в засаду. Но это просчет из-за усталости и притупленного внимания. Столкнись они в любом другом месте с таким же числом противников — исход был бы тем же. Количество людей иногда решает исход битвы задолго до. Нужно было отослать всех и идти к усыпальнице одному. Но идти к ней было нужно. То неприятное чувство, что требовало повернуть, не принадлежало ему.
Теперь он видел разницу. В голове ничего не звенело и не жужжало.
Перед ним карта. Он чувствовал магию, но не чувствовал угрозы. И Лист себе доверял.
Тиму план не понравился. С третьей попытки он тоже смог рассмотреть карту на камне. Путь намеченный Листом, он подкорректировал, указывая, что некоторые места не просто так загораются, скорее всего, там не пройти.
— Тут явно есть подвох. Эта ловушка куда искуснее чем то, что приготовили для нас местные, — признался, наконец, Тим. — Но как говорят, опасности лучше идти навстречу, чем ожидать на месте.
Они провели у камня еще почти сутки, обсуждая, споря, продумывая варианты. Но Лист не сомневался в правильности решения.
В конце концов, они разделились.
Нога Хабра почти зажила. Как и раны Тима и Листа. Что-то целительное было в камне или земле вокруг. Жаль мертвым эта сила не помогла.
Хабру предстояло вернуться в Ямалп. Кружным путем, обходя земли огнепоклонников. В нем не было ни капли силы огня, чтобы точно не замерзнуть в горах. Да и с постоянными травмами сложно сказать, как скоро его нога восстановится. Он мог стать обузой.
Тим же ни за что не согласился бросить Листа. Он старательно перерисовал карту, наметив несколько вариантов пути. Сомнений, что нужно идти к самому высокому пику, у них не было.
Первые дни были достаточно простыми.
Их все еще окружал лес, а подъем почти не ощущался. Они отстреливали попадающаяся дичь, экономя запасы. И каждый день пытались отправить сообщение, но не выходило.
Тим время от времени рассказывал то, что, по его мнению, должен знать каждый маг, видимо желая закрыть все возможные пробелы в образовании Листа. Голова пухла от обрывочных знаний, но Лист надеялся, что в итоге они сложатся в более-менее вменяемую картину. Упражнения же, которые предлагал ему Тим, казались совершенно невыполнимыми. Чутье отказывало, стихия не слушалась, и всё, в лучшем случае, заканчивалось поваленным деревом или потухшим костром.