Но что точно изменилось, так это чувство времени. Лист теперь точно знал, когда синяя луна взойдет, когда спрячется, сколько дней осталось до полнолуния. Тим на это лишь пожимал плечами. Связь силы магов с луной давно известна, вопрос привычки. Но Лист привыкать не хотел, теперь весь мир казался немножко другим, капельку ярче, переменчивее.
Занятия пришлось отложить, когда всюду стал попадаться снег, исчезли деревья, а подъем стал таким, что сил к вечеру не оставалось совсем. Но сдаваться Лист не собирался.
Они были в пути уже почти три недели, когда ранним утром Лист чуть не закричал едва проснувшись. Первое, что увидел перед собой Лист, когда открыл глаза, это бесконечные разноцветные линии. Они переливались в небе, на поверхности окружающих склонов гор, и всюду вокруг, на земле, одеялах, и даже на его собственных руках.
— Ты чего? — спросил Тим, помешивая в котелке над огнем.
По его лицу и телу тоже струились сотни линий, и только тут до Листа дошло, что это стихии.
Прежде он видел стихии. Это едва ли не единственное, чему его учили — правильно смотреть. Только этим «правильно» он почти никогда не пользовался. И то, что видел — слабый отголосок, открывшейся ему в этот день картины. Он слышал, что маги могут видеть все стихии только, используя специальные стимуляторы или практики. У Беллы на такое не хватало терпения. Эта его новая способность точно не была нормальной.
Лист отдышался, встал и принялся складывать спальный мешок. Он понял, что если сосредоточиться, то линии стихий исчезают. Но стоило расслабиться, и они снова мельтешили, не останавливаясь ни на секунду и переливаясь разными оттенками.
Так и с ума сойти недолго.
Лист взял протянутую похлёбку и снова поднял взгляд на Тима, стараясь отключить магическое зрение. Получалось на минуту, но затем стихии опять давали о себе знать.
А еще его беспокоили стихии Тима. Лист прищурился, пытаясь посмотреть «правильно». В линиях была дисгармония. Одна из красных линий идущая от груди через плечо и обвивающая правую руку слишком темная по сравнению с аналогичной левой. Лист стал смотреть внимательнее, искать, чем же эта линия отличается. В нескольких местахона перекручивалась с другими линиями, завязывалась в едва заметные узелки. Лист чувствовал, что так быть не должно.
— Ты чего уставился? — Тим повел плечами, словно ощутил его взгляд, — Ешь лучше, остынет!
— Мне кажется… — Лист неопределённо провел рукой по воздуху, как бы очерчивая заинтересовавшую его линию. И вслед за его движением все узелки на ней развязались.
— Ай! — Тим выронил миску. Остаток супа в ней кипел. И от Тима исходил жар. Снег вокруг начал таять.
Лист больше не видел стихии, но чувствовал рядом с собой сильного мага.
— Что? — Тим рассеянно смотрел на свои ладони, по которым пробежал огонь.
Он сжал их в кулаки и огонь погас. Несколько глубоких вдохов и жар стал терпимым, а затем уменьшился до приятного тепла. Тим расстегнул ворот и потер шею. Его взгляд бы обратился внутрь себя. А еще несколько секунд спустя он прошептал несколько фраз на мертвом языке. Вокруг него загорались и гасли костерки разного размера. Он прошептал еще заклинание и костер, над которым все еще висел их котелок, слегка уменьшился. Огонь побледнел, но от него пошло куда больше тепла, чем прежде.
Тим сел на прежнее место, подобрал оброненную миску, выругался и повернулся к Листу:
— И что это было?
— Я не знаю, — честно ответил Лист.
— Расскажи, что ты видел и что сделал с моими стихиями, — потребовал Тим.
— Я… Не знаю, — Лист растерянно моргнул. Он действительно не мог вспомнить. — Я увидел… что-то не так, и подумал, что могу это исправить.
— Что-то не так, — хмыкнул Тим, — жил я значит три десятка лет с уверенностью, что маг из меня никакой. А потом дурак, даже не обучавшийся магии, решил это исправить, и теперь у меня резерв, как у настоящего монстра. Разве что у Беллы больше.
— Хочешь сказать она монстр? — с деланной угрозой спросил Лист. Его зрение пришло в норму. Если он наклонял голову, то видел стихии, но если не хотел они исчезали. Напряжение скопившееся в последние недели лопнуло, наполняя голову пьянящей радостью.
— Еще какой! Хуже Беллы разве что огнедышащий бородавочник после экспериментов Увара! — воскликнул Тим, и запустил в Листа ложкой.
Лист не смог проигнорировать такую наглость и вскочив, толкнул друга на снег. Они покатились, не сильно колотя друг друга, обзываясь и хохоча.