— Царапина, — фыркнул Лист, вспомнив шрам, оставшийся от когтя дракона. Он откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.
— Та царапина связала нас на некоторое время. Только так я мог очистить твои раны, освободить тебя от влияния. Ты ведь ощущал ее присутствие в последние месяцы? Слышал свист или голос? У тебя болела голова, потому что ты сопротивлялся. Я в тебе не ошибся. Теперь же ты свободен. И от неё и от меня. Я должен был сделать все правильно.
— Но ты не уверен? — хмыкнул Лист.
— С магией крови никогда нельзя быть уверенным. Магия крови всему виной. Я покажу тебе.
В комнате стало темно.
Небо над ними закружилось, пока на нем не засияло летнее солнце. Они стояли среди деревянных домов. Десяток разновозрастных детей бегали за воздушным змеем. Одна из девочек заставляла змея подниматься выше и выше, пока он почти не исчез из виду.
— Многие годы назад, — тихо, словно боясь спугнуть детей, начал дракон, — у меня был самый близкий человек и самый далекий.
Дети разбежались в стороны и на пригорке остались только та девочка и мальчик постарше. Мгновение и мальчик стал юношей похожим на Феоса, а девочка притягивающей взгляд девушкой.
— Самый прекрасный и самый отвратительный человек, что я когда либо знал, — Феос не отрывал взгляд от черноволосой девушки. — Наша вражда была жестокой. В ней не было правого и виноватого. До поры. Но затем Ада переступила черту, ее неуемная жажда…
Девушка влепила пощечину Феосу, и, цокая каблуками, ушла по длинному коридору.
— Подожди, — Лист разозлился. — Тебя отвергли и ты называешь женщину злом?
— Сначала выслушай!
— Скажи еще, что она была королевой, и я почувствую себя глупым учеником.
— Нет, не была она королевой! — Феос сделал паузу, будто потерял мысль. — Но из-за нее умирали королевы. Женщина может быть опаснее мужчины.
С этим Лист готов был согласиться. Наблюдая, как мелькают воспоминания, он задумался о том насколько могущественный маг перед ним. Столь детальных и реалистичных иллюзий Лист раньше не видел. Превращение в дракона не через имя, значит через стихии? О такой мощи он не слышал. Манипуляции сознанием, дар пророчества. Сколько еще тайн скрывает Феос и насколько можно доверять тому, что он говорит?
— Ада жаждала власти, силы. Она не видела границ, не понимала, что цена слишком высока. Из-за нее умирали люди, а она не замечала их.
Теперь они стояли на поле боя. Та же девушка, теперь уже женщина с развевающимися волосами колдовала. С ее рук срывались воздушные лезвия мгновенно окрашивавшиеся кровью и только набиравшие силу. Чем больше воинов они сражали, тем более заметными и смертоносными они становились. От них гибли десятки и сотни. А женщина продолжала посылать новые и новые, и казалось, что кровь льется рекой, а она только становится сильнее и яростнее.
— В нашей вражде было много личного. Она завидовала отношению моей матери ко мне. Отношениям моих родителей. Завидовала моей способности контактировать с чистой стихией и со стихийными существами. Я завидовал её упорству, способности добиваться своего, получать что хочешь. Но ей всегда было мало. Магия крови доступна каждому, но питается она жизнью, и от того ужаснее любой другой. Она взяла себе имя Благородный Змей и сама поверила в то, что в ней есть это благородство.
В небе столкнулись два дракона. Один сине-зеленый и огромный, тот самый, что сразил Листа. Неужели ему казалось, что подобное существо можно одолеть с помощью меча? Второй дракон был поменьше, бескрыл и имел серо-красный окрас. Он стальными когтями рвал противника, обвивался змеей, душил и царапал, призывал на помощь тучи, и совсем не казался слабее.
Сверкнула молния. Феос отвернулся и начал ходить из стороны в сторону. Его напряжение и печаль казались настоящими.
— Нет, не подумай, я не идеален. Сколько людей погибло в Авелоте? Я посчитал это допустимой жертвой. В конце концов, я предупреждал их. А она сгубила куда больше. То, что она творит теперь — мелочи. Пока что ее цель — освободиться. Восемь лет она плела интриги, использовала всех до кого могла дотянуться, поднимала тени, манипулировала, нанимала убийц. Но все это ничто по сравнению с тем, что она сможет сделать, когда освободится.
Драконы в небе исчезли. Лист с Феосом стояли на улицах Авелота залитых кровью. Буквально. В какую сторону не посмотри — мертвые тела и кровь. И из крови поднимаются тени.
Лист отступил к стене. Он заставил себя оглядеться. Определённо это был Авелот, но не такой, каким он его знал. Город разрушили только что. Еще не везде осела пыль. Многие крыши еще целы. На окнах можно разглядеть шторы, над дверями вывески. Древний Авелот, а не тот, в котором погиб Эд.