Мгновение назад два огромных сердца качали кровь по телу дракона, и вот уже они слились в одно маленькое человеческое сердце, что едва не лопнуло от перегрузки. Драконьи легкие в последний раз вдохнули воздух, и уменьшившаяся голова опьянела.
Эта последняя секунда превращения принесла облегчение и легкую эйфорию.
Каллистрат стоял на четвереньках и был полностью человеком. Он осторожно провел по щеке и убедился, что вместо плотной драконьй, там снова обычная человеческая зарубцевавшаяся кожа и щетина. Шрам вернулся с шеи на щеку.
Он провел пальцами по груди и посмотрел на ногу.
Человек.
Обычный человек с десятком шрамов и десятком имен. Все они заслужены. Все они — это он.
— Страторм, — шепотом позвал он. В груди что-то мягко заурчало, но дракон уснул и не откликнулся. Знал, что ему не время.
Лист глубоко вдохнул морозный воздух, и почувствовал прохладу.
Вокруг лежал притоптанный драконом снег. Позади горел лес. Слишком далеко.
Завывающий ветер, бросил в лицо несколько снежинок, и Лист вздрогнул. Он был гол.
Мелькнула мысль, снова стать драконом и согреться. Но он отогнал ее.
Вспомнил, что дракон загнал стадо оленей пару часов назад, и его тут же вывернуло.
Тело уже била крупная дрожь, ноги коченели.
Лист щелкнул замерзающими пальцами раз, два, три, четыре. В нем есть огонь, он это знает.
Небольшой всполох накончике пальца. Времени мало. Но этого хватит, чтобы отправить послание.
Как хочется спать…
Он уже не видел, как с огненной вспышкой рядом с ним появилась Белла, укутала его в одеяло и, потратив пару минут на перенастройку артефакта, вернула их домой.
_______
Дорогие читатели! Эта история подходит к концу, завтра будет последняя прода. Ваши комментарии, лайки и подписки помогают продвигать книгу, и мне как автору очень любопытно ваши мысли, чувства, отзывы! Спасибо, что вы есть!))
Эпилог
03.03.
Синяя луна — убывает
Красная луна — растет
Желтая луна — полнолуние
Приход весны в Локоссе всегда отмечали пышно. Возможно чуть менее, чем северные соседи, но точно веселее, чем южные.
К Древу Всематери в праздничную неделю выстраивались очереди — каждому хотелось ступить в купель и прикоснуться к ветвям. Считалось, что зимой Всематерь не следует беспокоить без веской причины, и люди шли к ней с накопившимися горестями и радостями в эти первые дни весны.
И чем больше людей проходило через святилище, тем ярче сияли листья Древа.
— Говорят в ночь, когда Лита получила благословение, Древо всех ослепило, — сказала Белла.
Они с Листом наблюдали с центрального балкона, как в первый рассветный час вокруг святилища собирались горожане. Люди забирались на крыши и рассаживались вдоль обрыва.
— Думаешь сегодня Всематерь убережет этих безумных? — спросил Лист указывая на тех, кто рискуя жизнью устраивался по другую сторону обрыва. В разломе бурлила река, которую теперь называли Драконьей.
— Я попросила горгулий проследить за людьми, — ответила Белла, немало удивив Листа.
Он стал внимательно оглядывать крыши и каменистые обрывы. Минуту спустя нашел, что искал. Действительно, то тут то там притаились эти стихийные существа. Внешне они не сильно отличались от камней и валунов, но все же иногда они переступали с лапы на лапу, или трясли каменными головами, или сверкали огромными глазами, выдавая себя.
— После безлунной ночи, горожане спокойнее к ним относятся, — продолжила Белла, — столько лет они защищали город. Но пока люди не увидели, не верили.
— А оно всегда так, — кивнул Лист, снова обращая взгляд к Древу.
Там уже выстраивалась королевская стража. Чуть меньше года назад он нервничал, собираясь предстать перед Всематерью. Будь тогда у Древа подобный эскорт, он бы точно упал в купель, или еще какую-нибудь глупость совершил.
— Хорошо, что мы сделали все тайно, — сказал он Белле, — зачем столько внимания?
— Это говорит Победитель Дракона Каллистрат? — хмыкнула Белла, — на тебя даже сейчас смотрят!
И это было правдой. Он стал любимцем публики.
Иногда они с Беллой путешествовали обычным способом, но она настаивала, чтобы в город он влетел драконом. Или наоборот улетел.
Ему нравилась скорость и свобода, которую давали крылья. Но он теперь не мог скрыться от чужих глаз. Невозможно затеряться в толпе, когда каждый знает твое лицо. Восторженные взгляды и возгласы сопровождали его всюду. Дети кричали «превратись! Покажи дракона». Взрослые их одергивали, но не слишком рьяно, и смотрели на него с не меньшим любопытством. И на каждом совете кто-нибудь непременно спрашивал его мнение, даже когда дело касалось вопросов, в которых он никогда не разбирался.