— Попался? — спросил он негромко.
Талиесин вздрогнул всем телом, обернулся, хотел было шмыгнуть обратно в портал, но — увы! — Дракон стоял так, что портал был как раз позади него. Эльф ужаснулся.
— Ты-то мне и нужен, — спокойно объявил Эмбервинг и легко взял незваного гостя под локоть. — Пойдём в башню, потолкуем с глазу на глаз. — Он поднял букетик и усмехнулся: — Поди, все цветы уже на эльфийских лугах повыдрал.
— Это был не я, — упавшим голосом возразил Талиесин. — Никакие букеты я не приносил.
Разумеется, Эмбер не поверил, но только засмеялся в ответ:
— Ну конечно.
Как эльф ни упирался, Эмбервинг всё же завёл его в башню. Тот съёжился, ожидая чего угодно. Возможно, драконы едят эльфов?
— Будет у меня тебе поручение, — сказал Дракон, водворяя цветы в кувшинчик, — вернее, твоему отцу, королю Алистеру.
— Ты… не сердишься? — опасливо поинтересовался Талиесин, потихоньку подвигаясь к двери.
— Хм, — задумчиво произнёс Эмбервинг, — на веники-то твои? Большой беды от них нет, я полагаю, но о прочем тебе лучше помалкивать. Понятно говорю?
Глаза его чуть засветились в полумраке, вытянулись драконьими стрелками. Талиесин только мотнул головой, поскольку голос пропал начисто.
— П-поручение моему отцу? — проблеял эльф, собравшись с духом. — Что за поручение?
Эмбервинг мотнул головой в сторону спящего Хёггеля:
— Хочу, чтобы эльфы о нём позаботились.
Талиесин глянул, брезгливо поморщился:
— С какой стати эльфам заботиться о человечьем детёныше?
— Это не человечий детёныш, — возразил Эмбервинг, — это драконыш.
— А?! — поразился Талиесин, взгляд его стал диким, и он уставился на Эмбера.
— Уж не знаю, о чём ты подумал, — нахмурился Дракон, — но, верно, ошибаешься. Нашёл его в горах. Повадился моих овец красть. Совсем глупый, даже есть толком не умеет. Мне с ним возиться некогда. Пусть Алистер им займётся. Уверен, дракона он из мальчишки стоящего вылепит.
— Н-но к-как же… — даже заикаться начал Талиесин, — д-дракона в-в н-наш м-мир?
— Не дракон, одно название, — проворчал Эмбервинг. — В общем, отказа я не приму. Если Алистер откажется, тогда пусть сам тебе голову отрежет и мне в подарок пришлёт. Выдумал тоже: за моей спиной менестреля охмурять!
Талиесин побледнел как полотно. Дракон не шутил, и взгляд его не предвещал ничего хорошего. Эльф сглотнул: если Алистер узнает о его вылазках…
— П-постараюсь убедить отца, — выдавил он кое-как. — Это верно, что он всегда хотел себе дракона заполучить. Не такого чахлого, правда…
— Вот и откормите, — безапелляционно сказал Эмбервинг, сунул сонного Хёггеля в мешок, завязал и подал эльфу. — Забирай, пока не проснулся. Он визгливый. Всего хорошего. А, и чуть не забыл: цветы не таскай больше. Поймаю — уши оборву.
После этого Дракон препроводил Талиесина обратно в портал и с облегчением выдохнул, когда портал закрылся. Разобрался с обеими проблемами разом. Не то чтобы Дракон не доверял менестрелю, но лучше исключить даже малейшую возможность прельщения юноши кем бы то ни было, а в особенности — ушастыми эльфийскими принцами, которые знают чары и могут ими воспользоваться в своих корыстных целях.
Эмбервинг покивал себе и отправился наверх, чтобы посмотреть, что делает менестрель. Голденхарт крепко спал, обняв подушку, и чему-то улыбался во сне. Дракон прилёг возле, подпирая голову локтем, и долго смотрел, как юноша спит. Сердце его было исполнено нежности. Последний он дракон или не последний — теперь не имело никакого значения.
========== Дракон из Серой Башни и принц Треклятого королевства ==========
— Гонец из Тридевятого королевства прибыл, ваше величество. Прикажете принять? — доложили сидящему на троне королю.
Статный мужчина с аккуратной бородкой и ухоженными усами был так погружён в размышления, что поначалу не услышал доклада.
Двенадцать лет уже минуло с тех пор, как кронпринц Айрен женился на вздорной принцессе Флёргане и стал королём. Король-отец на радостях отписал ему не полкоролевства, а обе половины: принцесса — сущее наказание, по доброй воле никто не взял бы, молва вперёд людей летит, на десять королевств вокруг ни одного жениха не сыскалось! Свадьбу сыграли буквально на другой же день: а вдруг и этот передумает?
Возвращаться в Тридевятое королевство Айрен не захотел, отписал только отцу, что получил в приданое за принцессой целое королевство и будет им править, что принц Голденхарт возвращаться домой отказался, потому что нашёл лютню, о которой между ним и королём-отцом был договор, и что посылать за принцем Голденхартом войско больше не стоит, потому что он живёт не у колдуна, как нагадал придворный чародей, а у самого настоящего дракона, так что королю Тридевятого королевства лучше назначить наследником кого-нибудь другого. Ответа из дома Айрен не получил и решил, что король осерчал и не желает больше ничего слышать ни о нём самом, ни о Голденхарте.
Итак, двенадцать лет минуло с тех пор. Вздорная принцесса стала вздорной королевой и за эти годы успела нарожать Айрену пять дочек, тоже вздорных, а теперь была на сносях шестым ребёнком.
— На этот раз-то роди наследника престола, — пошутил было король Айрен, но королева Флёргана только хмыкнула — а за ней хмыкнули все пять дочек — и так глянула на супруга, что тот стушевался.
Нет, король Айрен был абсолютно счастлив, что бы там ни говорили: во вздорности Флёрганы была своя прелесть. Недаром же они полюбили друг друга с первого взгляда! Но королю было смертельно скучно целыми днями сидеть на троне и ничего не делать. Рыцари тоже скучали: войн никаких не предвиделось, времена наступили мирные, о чудовищах никто слыхом не слыхивал, — в общем, нечем было заняться. Конечно, всегда можно отправиться в крестовый поход, но для этого нужно сначала отпроситься у вздорной королевы, а та во время беременности становилась ещё несноснее обычного, так что король Айрен оставил даже мысли о том, чтобы куда-то ехать. Рыцари придерживались того же мнения.
— Гонец из Тридевятого королевства, — доложили королю вторично.
На этот раз Айрен услышал и оживился:
— От отца? Пусть войдёт.
Ввели гонца. Тот в изысканных выражениях, как и подобало, приветствовал короля и передал ему два свёрнутых трубкой пергамента. Одно было запечатано королевской печатью, другое продето в кольцо с именным гербом Тридевятого королевства. Последнее предназначалось принцу Голденхарту.
Король Айрен развернул то, что было адресовано ему, и торопливо прочёл. Король-отец писал, что освобождает Айрена от титула кронпринца, но при условии, что тот поедет и передаст принцу Голденхарту его королевское волеизъявление: король желает назначить принца Голденхарта своим наследником, требует его немедленного возвращения и женитьбы его на принцессе, которая все эти десять лет дожидается сбежавшего жениха в замке короля-отца и ничуть не изменила своих намерений стать королевой Тридевятого королевства — верность, достойная самой достойной из женщин! — поэтому Айрен должен отвести приказ Голденхарту и ни в коем случае не вскрывать предназначенного принцу письма. Вероятно, гонцы, посланные Айреном отцу, добрались до Тридевятого королевства только через пять лет, а вот теперь ещё через пять пришёл ответ.
Пожалуй, король Айрен даже обрадовался вестям из дома, а больше тому, что появился повод выехать из замка и ненадолго забыть о королевских обязанностях. Правда, Айрен не был уверен, что найдёт Голденхарта там, где он его оставил в прошлый раз, и что если найдёт, то тот согласится выполнить отцовский приказ.
Король отпустил гонца, взял оба письма и пошёл к королеве Флёргане — отпрашиваться.
Вздорная королева с самого утра чувствовала себя дурно и визиту супруга нисколько не обрадовалась. Айрен бодрым и уверенным, насколько вышло, тоном сообщил, что отправляется в Серую Башню, чтобы передать принцу Голденхарту приказ их отца. А на обратном пути, может быть, захватит парочку замков или примет участие в маленьком крестовом походике, чтобы рыцарское войско совсем не заржавело, но к родам непременно вернётся. Вздорная королева ехидно пожелала королю хорошей дороги и просила передавать привет Дракону (о том, как его встретил Дракон в прошлый раз, ей по секрету рассказали Айреновские рыцари). Айрен помрачнел, но пообещал передать и всё же попросил королеву постараться и родить сына, а не ещё одну дочку.