— Левая батарея, залп по лучникам! — скомандовал я.
Моим пришлось целиться дальше, да и мишени не стояли столбом, но результата я добился — началась перестрелка замков, не мешающая воинам снизу. Мгновение, и я потерял троих лучников из пятнадцати, но размен оказался равным, так как я увидел столе же, выходящих за ограждение из форта противника.
— Правая, не отвлекаемся, подавляющий обстрел!
Вскоре мечников со стороны противника не осталось, но и мои мечи насчитывали лишь тройку. Они теперь прятались прямо под фортификацией противника, чтобы их не смогли выбить сверху. Они смотрели на меня, а я поднял кулак — знак остановиться.
— Огонь на поражение!
Мои лучники рано или поздно должны сбить оставшихся лучников противника. Наконец, из них остался лишь один, но прямо перед тем, как получить выстрел, он как-то извернулся и всё-таки пустил стрелу в одного из тройки. Кулак превратился в раскрытую ладонь, и я махнул им вперёд — сигнал к выдвижению. Покидать замок по принятым правилам лидерам не позволялось, всё должны сделать воины, однако в этом бою нас, похоже, ждала ничья.
Впрочем, мечники порадовали меня. По крайней мере, один из них, так как биться с лидером противника остался только он. Бой шёл напряжённый, в какой-то момент я уже думал, что всё кончено, но он успешно уворачивался от ударов и в какой-то момент сделал, на вид, очень болезненный тычок в живот. Такие удары я не слишком жаловал на тренировках, но в общем он считался самым обычным и никем не порицался. Инструктор мечников согнулся, что говорило о нашей победе. Увидев поднятый вверх меч единственного оставшегося бойца, мои «павшие» товарищи за ограждением огласили площадку радостными криками. За ними последовали аплодисменты толпы, и Хасил, выйдя на край площадки, гаркнул, что победила команда ланни имени Фура — моя.
Общую радость я не особенно разделял, мы хоть и выиграли в бою, но потери оказались довольно большими, хотя изначально на нашей стороне был значительный перевес сил. Свик, который оказался тем, кто смог сразить лидера соперников, уже бежал обратно, а я спускался с постамента на песок и шёл ему на встречу. Остальные, перелезая через ограждение, тоже поспешили ко мне.
Чтобы не омрачать радость победы, я сдержанно улыбнулся и сказал лишь, что мы потеряли многовато, но ялы, будто бы и не заметили этого замечания.
— Ну, всё-всё, классно выступили. Теперь кыш от сюда, пока не заставили разбирать это. — Взглядом я махнул на фортификации.
Ялы оказались понятливыми и под командой Свика быстрым шагом направились мыться, а я пошёл к Хасилу, рядом с которым уже стоял инструктор мечников, потирающий бок, куда ему прилетело.
— Ты уж прости Свика, — сказал я и направил раскрытую ладонь на предполагаемое место синяка. — Обязательно дам ему подзатыльника.
— Ты и так умеешь? — спросил он, увидев магию в моём исполнении. — Спасибо, стало лучше.
— Только смотри не увольняйся, — сказал я, но телли, стоявший до этого в молчании, шутку не оценил и хмыкнул недовольно, а вот мечник очень быстро нашёлся с ответом:
— Я бы не против дать тебе пару своих бойцов. На время, конечно.
Когда ялы начали с шумом, коим же ещё ночью помешали всем здесь спать, разбирать фортификации, мы втроём отошли подальше и ещё немного поговорили. Вскоре больше довольный, чем нет, Хасил покинул нас. Сегодня развода он не планировал, а это значит, что день предстоял выходной. Впрочем, даже так площадку могли покинуть только офицеры, а увольнительные дни для, кхм, простых смертных давались раз в месяц, и давались они так, чтобы площадку не покидало слишком много ялов одновременно. Почему-то они ещё ни разу не просили меня об этом, хотя и времени прошло совсем немного.
Мы разделились только на фехтовальных ячейках, и я уверенным шагом пошёл к своим. Они почему-то в этот момент не сидели на лавках, как это положено в выходной день, а отрабатывали новые движения. Первым меня заметил Шавел и передал старшему помощнику. Остальные алины продолжили не шибко ловко махать мечами, поправляемые младшими.
— Так, ребятки, пока меня не будет, не разнесите эту площадку, ладно?
— Будьте спокойны, Фура.
— Я слышал о твоих подвигах, — сказал Дариуль, который по приезду спустя обещанные десять дней решил сразу посетить площадку.
Ял выглядел уставшим, походную одежду, похоже, вовсе не сменил, а я расположился в кресле в командирском домике и искренне не понимал, к чему такая спешка, раз ял тут сидит и раздумывает над каждым вопросом. Хасил оставил нас, как только посыльный прямо с занятия привёл меня сюда.