— … Что? — недоумённо спросил я, вспомнив что с одной стороны Илибезе вообще-то находится Живая Стена с сотнями лучников, а с другой лес Светлый, который не так-то просто пересечь большим отрядом. Да даже если и так, противнику пришлось бы проходить в довольно узком месте обрыва, разделяющего город пополам, не говоря уже о патрулях. — Они с неба что ли свалились?
— Ты догадливый, — ответил Роулл совершенно серьёзно. — Это был дракон.
— Постой, а как же гонцы так успели? — спросил я, примерно посчитав про себя. — До туда даже галопом не меньше пяти дней.
— Тот дракон сам вчера пролетел над посольством и рассказал об этом, — пояснил Роулл и сквозь зубы добавил: — Демон с крыльями.
— Это случайно не тот сине-зелёный?
— Между прочим, ты тоже говорил про… — Он не заметил моего вопроса.
— Горпас чёрный и не такой большой, — перебил я яла, чтобы он не придумал себе чего. — А с этим не только Илибез столкнулся, но и мы по пути.
— Прости, я не хотел думать на него. Это совпадение, только и всего.
Мы ещё немного поговорили о случившемся, а когда я поделился с Роуллом своими опасениями, ял ответил, что шансы на это небольшие. Более того, мы оба прекрасно стреляем и сможем отпугнуть дракона. Тогда я пессимистично подумал, что чешую стрелы вряд ли пробьют, но тут мне уже ответил другой голос — мысленный, заставивший вздрогнуть и оглянуться:
«Драконы тоже живые, Дрэ, а его огня не бойся, ты же смог отправить его обратно».
Впрочем, даже имея половинные шансы на победу, я не хотел бы с ним сталкиваться.
Вскоре наступила ночь, и мы устроились на уже знакомом месте между каменистым берегом и подлеском, где раненный марн встал на ноги.
— Кстати о драконах. Их же было много, так? — спросил я, пока мы устраивались на ужин и готовили старые места к отдыху.
— До Красного Века в Давурионе было две большие империи драконов, — ответил Роулл. — Но канохи уничтожили большинство гнёзд и изгнали марнов под землю…
Поразительно, но на этот раз история Давуриона, под которую я всегда довольно быстро засыпал, заставила меня слушать до конца. Если кратко, Красный Век — это война, в которой марны, тогда ещё наиболее сильная раса Давуриона, сдерживали свои позиции, но в итоге ушли далеко на юг, где скрылись под землёй на две сотни оборотов. Вернувшись, они обнаружили, что их былые города заняты людьми и начали искать себе новый дом. Сначала им стал Плаишкор — разорённое канохами гнездо драконов, а после они нашли ещё одно.
«Прямо на костях наших врагов», — неожиданно прозвучало у меня в голове голосом Горпаса, когда Роулл дошёл в своём рассказе до Коношена. И я так и не понял, сказал он это брезгливо или же насмешливо.
Оставив его комментарий без ответа, я продолжил слушать Роулла. Тот уже начинал заводить немного не туда, размышляя, что ялы могли бы и сами вернуть себе много земель, но они уже успели крепко обосноваться в лесах за Стеной. Ошмётки, разбросанные по марнским землям, им стали не нужны. Кроме того, марны, загнав ялов за тогда ещё Просто Стену, оказали им большую услугу — подарили просто великолепнейшую природную крепость — большой обрыв, который только и делай, что защищай в одном единственном месте.
— Эх, — вздохнул Роулл. — Научись ты, наконец, читать!
— На тебя мне номинов хватит? — спросил я, хлопнув по сумке, откуда раздался звон аргенов.
— Э… нет.
— Тогда продолжай рассказывать. У тебя хорошо получается.
Неожиданно откуда-то издалека раздался звук какого-то громкого существа.
— Аргулы, — сказал Роулл, поведя ухом в ту сторону. — Ночью нужен дежурный.
— Тогда ложись, — сказал я с явным исследовательским азартом. Какой день уже хочу повторить один опыт, а всё никак костра рядом не найду.
Ял не возражал. Как обычно, я сделал огонь ослабленным, закрыл глаза и представил себя им, в точности припомнив, что ощущал в первый раз с одним маленьким отличием. В прошлый раз я натурально спал, а в этот не мог позволить себе такую роскошь. Заснуть в карауле в иных местах хуже предательства, так что вскоре я просто забросил попытки связаться с костром и открыл глаза. Зато пришла мысль, что когда заступит ял, мне удастся всё-таки что-то и сделать. К сожалению, что-то навязчиво подсказывало мне, что одного только желания для этого недостаточно.
Ночью воздух дул к морю, и из-за этого деревья вокруг шумели, завывая, от чего холодел разум. Видимо, из-за этих звуков ял не мог заснуть и продолжал ворочаться в поисках удобного положения.
— Роулл, я могу тебя усыпить, — сказал я вслух, когда моё терпение лопнуло. — Иначе ты завтра вообще разбитый будешь.