Слушать чужие мысли мне больше не хотелось, да и идти в лес тоже, поэтому я встал и пошёл прочь из парка. Надежды, что меня снова посетит тот дивный ветерок, я не питал, хотя воспринял его, как знак, что вернуться всё-таки смогу. Как и когда — чёрт знает, но, возможно, лучше всего, если я начну прямо сегодня. У меня даже появилась идея заскочить в бытовой магазин и взять там кое-что. Вообще, такая мысль посещала меня и раньше, но я вспомнил о ней как раз вовремя. Единственное, мне не хотелось идти. Сил в ногах не было, а цель моего пути находилась практически на другом конце города.
Кое-как вспомнив, какой мне нужен автобус, я прыгнул в так удачно подъехавший транспорт и занял свободное место. К счастью, нынче выходной, транспорт заполнен не больше, чем на половину, и мне не приходится сражаться за сидячее место. Жаль, что мне в конечном итоге не дала спокойствия мысль, что я безнаказанно могу проникнуть в чужие мысли. О вопросах этики я слишком не задумывался, так как их вымыло ещё в Давурионе, где любой, мало-мальски владеющий магией мог залезть ко мне в голову. Негласные законы того мира не спешили выветриваться.
Водитель, конечно же, был сосредоточен на дороге, но я решил копнуть глубже — в память. Учитывая, что я в сидячем положении, это не должно забрать слишком много сил. Перед глазами сразу же всплыла семья, какой-то друг с дальнего востока, звонивший сегодня ранним часом. Даже его обещание свозить жену с дочкой сегодня в магазин. Перед глазами даже встал образ маленькой, будто она сама появилась перед глазами.
Красивая девочка, в ленточках и костюме недавно пошла в первый класс. Верка обещала учиться на одни пятёрки. Вот она подарила цветы учительнице, Вере Алексеевне, вот вся группа зашла в здание третьей школы…
Странно, эти воспоминания были не мои, но как будто именно я их переживал в начале этого месяца. Почему-то, когда мой взгляд встречается с девочкой, она казалась мне моей дочерью. Её звонкий голосок так мне знаком… Что за фокусы?
«Так, стоп!» — одёрнул я себя и помотал головой. Чёрт, если в Давурионе все сколе-нибудь разумные стараются закрыть свои мысли и память, то здесь другая крайность — чужие мысли на столько открыты, что в них можно утонуть. Вот и отпор моему любопытному носу.
Потерев виски, я глубоко вздохнул и подумал, что лучше бы мне не влезать глубже мыслей, а то, не приведи там, кто бы то ни был, мне ещё безумным стать и начать говорить с собой. Не факт, что я и так уже не «того» с этим Давурионом. Не хотелось бы в один прекрасный момент очнуться в доме из жёлтого кирпича и обнаружить, что всё это оказалось бредом сумасшедшего.
Расплатившись, я вышел наружу, и чуть отдохнувшие ноги понесли меня в здание со знакомым названием. Что ж, не снесли — это хорошо. Наличных я взял немного, но карта с полусотней тысяч была всё ещё при мне, и я каким-то чудом вспомнил пароль от неё — 4302. Недолго думая, я по наклеенным и уже изрядно потрёпанным стрелочкам на полу пошёл в отдел электроники.
Первым делом в корзине оказался небольшой, но мощный фонарик. Это, если условие люмена подведёт, хотя, думается мне, при такой утрате сил мне он вряд ли понадобится. К нему взял пару аккумуляторов и складную солнечную батарею. Чистая Азия, никакая европейская подделка не сравнится! Долго думал, брать ли мне вращалку, но понял, что солнечных дней в Давурионе хватает. От покупки навигатора я отказался по понятным причинам, зато взял плеер с наушниками. Выну из оставленного на даче телефона флешку с гигабайтами музыки и буду слушать в свободное время. Как-то без неё тоскливо иногда становилось, а так не только Роулл сможет хвастаться своим умением играть на музыкальном инструменте, видом напоминающем окарину, а звуком полноценную флейту.
Удивительно, но мне на кассе не пришлось даже вводить пароль от карты. Как итог, с приподнятым настроением, шурша фирменным пакетом магазина, я вышел на улицу и сразу же приметил небольшую забегаловку на той стороне дороги. Туда я и направился, потому что готовить желания не возникло, а голод приближался к экстремальным показателям.
Вот ведь, ирония какая, почти всё время, пока находился там, в Давурионе, я мечтал вернуться сюда, поближе к даче, речке и, возможно, прекрасному занятию. И даже те проблески, короткие приятные моменты, которые наоборот, подталкивали к изучению, немилосердно гасились новыми вьюгами. Что же, пожалуйста! Ты здесь, Дюха. Так боялся, что рядом со мной идут смерть и разрушение, что сам пожертвовал собой. А в душе, меж тем, появилась тягучая тоска.