Ещё более неожиданным стал звяк, когда две копии как бы столкнулись друг с другом в воздухе. Звук пронёсся по комнате, из-за чего я даже обернулся. Руки, которые я уже тянул, чтобы тронуть лезвия, отпряли сами собой, а следом меня обдало жаром.
Несмотря на мой испуг, сами собой вокруг появлялись странные узоры, быстро сменяющие друг друга и не дающие рассмотреть их. Цвета вокруг смешались в однородную сероватую массу, из которой появилось множество невообразимых цветов. Их расцветки выходили за грань синего и красного — я натурально видел другие необъяснимые цвета, а внутри, меж тем, что-то дрожало. Даже дышать становилось сложнее.
Звуки тоже преобразились из звона металла они стали похожи на капли воды, падающие в пруд в глубине пещеры. Они смешались, превратились в вакханалию, в которой на грани слуха угадывались знакомые мне и совершенно неслыханные музыкальные инструменты, которые я не мог отнести ни к струнным, ни к духовым. Возможно, ни один даже самый хороший синтезатор не смог бы воспроизвести их в точности, как я только что услышал.
Пугающая красота завораживала, лишала меня остатков бдительности, но в какой-то момент тело неожиданно пронзила боль, будто по нему пустили электрический разряд. Меня охватил холодный ужас, как будто я сейчас потеряю что-то важное. Весь восторг исчез в мгновение ока.
К счастью, в последний момент я напрягся и наглухо закрыл все магические каналы, которые только что чуть было не лишили меня жизненных сил. В ушах стоял звон, глаза застлала пелена, на которой появлялись безобразные оранжевые пятна, оставляющие за собой синие следы на сетчатке, а дыхание, учащённое то ли от страха, то ли от усталости, начало медленно замедляться.
Только через минуту я обнаружил себя на жёстком полу в позе эмбриона — осязание возвращалось неохотно, но вскоре я смог кое-как двигать конечностями. Потом же через звон пробился шум ветра и дождя за окном. Мне вдруг стало невероятно одиноко, а свет померк. Тьму рассеивал лишь слабенький огонёк из камина и редкие молнии уходящего дождя. К счастью, я мог с уверенностью сказать, что силы начали медленно, но верно восстанавливаться. Это не удивительно, учитывая, сколько магии я только что высвободил в пространство.
Чуть позже я даже смог встать, отключил плиту и, держась за твёрдые поверхности, практически пополз к креслу. Аппетит что-то пропал. Более того, я верил, что если съем что-то в ближайшее время, оно немедленно отправится обратным ходом. Лучше немного потерпеть.
Почему? Почему мне вдруг стало так страшно? Почему захотелось спрятаться в каком-нибудь уголке, чтобы никто меня не нашёл? Неужели вместо магической силы я подключил ещё и жизненную? Видать, даже малая её потеря могла стать большой проблемой, не говоря уже о полном истощении. Что со мной произойдёт, если я здесь умру? Меня пугало неведенье, хотя я уже рассматривал этот вариант возвращения, как последний.
Последний вариант, говоришь? Боюсь он тебя отправит совсем не туда. А Вы что думали? Два мира описываю? Название цикла гляньте, и поймёте.
Осмотревшись ослабленными глазами, я всё ещё ожидал чего-то, но ничего не последовало. Значится, и опасаться больше нечего.
Плюнув на ужин окончательно, побрёл к кровати, захватив с собой плеер. Даже раздеваться не стал, только разулся, после чего закрылся одеялом, воткнул наушники в заряженный наполовину плеер с флешкой из телефона и быстро нашёл мелодию, способную успокоить. Возможно, не так уж и удивительно, что я нашёл нужного исполнителя довольно быстро.
Мысли о том, когда я буду собираться в Давурион, я оставил на завтра. Может, и не будет больше никакого… эх.
Сознание быстро ускользнуло в темноту, но в следующее мгновение она рассеялась, и подо мной распростёрлось поле со множеством клочков леса, будто кто-то неаккуратно разбрызгал чернила на бумаге. В этот самый момент я летел над ним с большой скоростью, но это странным образом не пугало меня. Наоборот, даже в отличие от того полёта верхом на Горпасе, я чувствовал, как это приятно, когда лёгкий тёплый ветерок дует в лицо, треплет волосы и наполняет лёгкие. Чем-то это напоминало мне то перемещение из канохских земель. Возможно, из-за этого я не пытался вырваться или повернуть. В прошлый раз всё кончилось хорошо, если не считать того, что меня полумёртвым и чуточку обугленным принёс «синий выскочка», имени которого я даже не знаю.