Марн, увидев меня, тут же положил руку на оружие, но я успел приподнять свои в примиряющем жесте и, кажется, это сработало. Марн задумчиво склонил голову на бок, а следом я заметил едва различимую ухмылку на его лице. Что же, отбой тревоги, и я, припомнив, чему меня учил Вадис в Плаишкоре, протянул в его сторону открытую руку ладонью вверх. Марн, подумал пару секунд и ударил в неё торцом кулака. По задумке, гость показывает, что безоружен, а хозяин, принимая этот жест, хлопает или легонько ударяет по руке, показывая, что готов к диалогу. В общем-то, прямой аналог классического рукопожатия, хотя у марнов таких жестов несколько на разные случаи жизни.
— Фура, человек, — представился я, уступая марну единственный стул у стола. Он не спешил садиться или отвечать, подошёл к бочке и сделал несколько глотков воды.
— Задело огнём?
— Пустяки, — махнул я рукой в сторону, откуда пришёл. Марн проследовал взглядом туда же и удивлённо поднял брови. — Что?
— Там лежит взрослый дракон. Как ты выжил?
— Сам в шоке, — пожал я плечами и подошёл к печке, где огонь вдруг разгорелся ярче. Наблюдательный марн это, конечно же, заметил. — Именем поделишься?
— Барвис, — сказал он.
— Это, — неуверенно пробубнил я, — простите, что без приглашения.
— Буде рады! А то одни ялы. Что с Ильки, что с Кóрмы ходют туда-сюда. Уже хотел стрелять их. Почуяли зелёные, и больше не ходют. — Он вдруг встал и повернулся к выходу. — Скорь буду.
Барвис ненадолго удалился на улицу, но вернулся с ещё одним стулом. Поставив его у стола, начал хлопотать, убирая хлам и письменные принадлежности, а я присел.
— Вы тут как вообще, не одиноко?
— Работы хватает. То дрова готовлю, то грядки полю. Вона ялы мне дерево фруктовое принесли, так маюсь теперь с ним. Иногда кров путникам даю, хотя спать тут только на полу.
— Неужели только огород, да путники?
— Нет, конечно. Пиво делаю и вино ставлю. — На этот раз тон марна выдал небольшую каплю хвастовства, и мне даже стало интересно:
— Звучит неплохо.
Барвис воодушевлённо открыл люк на полу и спустился в подвал. Ждать его слишком долго не пришлось, потому что он через пару минут уже нёс к столу две металлические кружки и бочонок, размером с… нет, объёмом, примерно, литров в пять. Так же на столе появилось съестное — тоже достал из подвала. От него веяло холодом, и я предположил, что там может находиться ледник. Магией в этом доме совсем не пахло.
Вообще, традиции марнов позволяли незнакомцам болтать друг с другом только после первой испитой кружки. Такой подход использовался даже при переговорах, какие бы стороны за столом не сидели. Не сказать, чтобы я поддерживал такую традицию, но для них это практически священный ритуал. Первая стремительно была налита и стремительно же была выпита. Сложно описать горьковатый в начале вкус, спустившийся по пищеводу, а благородное хлебное послевкусие стало мне приятным сюрпризом. Похоже, пшеничку тут уважают.
Небольшой совет от автора: следующий текст читать слегка завязанным языком, как будто вы сами под шофе, чтобы… Ну, проникнуться атмосферой, понимаете? Предлагать пригубить для лучшего эффекта не буду, иначе может случиться так, что вы забудете, что читали, и так по кругу может дойти до цирроза, да и вообще, повторю мысль — пить вредно для здоровья. Продолжим.
Ломать перед марном комедию я не видел смысла. Он видел на моём плече ожог, подпалённую одежду, и то, что осталось от гигантского тела на брусчатке неподалёку. Мой развязанный язык выдал ему, что это я год назад прятался в его доме, а пришёл вовсе не из Кормашана на другой стороне дороги, а с самого кладбища, где и появился.
К счастью, он не стал приставать с расспросами о том, какой он, другой мир, за что я его натурально поблагодарил. Марн сказал, что сам находится на двадцатом колене от какого-то там героя Красного Века давности в пять сотен оборотов. Но больше он ничем не отличался от своих сородичей. Хотя, как он отметил, тогда воевало столько, что куда ни плюнь, в любом из городов, попадёшь на далёкого ветерана или героя войны пятисотлетней давности, и тот свою историю преподнесёт ровно так же. Про Плаишкор я ему решил ничего не говорить, боясь, что такая новость может серьёзно подкосить здоровье старика, а просто продолжил слушать. Барвис с чего-то начал рассказывать про то, что раньше за стеной находился весь народ марнов, но в какой-то момент они возглавили восстание и загнали ялов в эти земли. В наказание, так сказать. Однако, было это очень давно — точная цифра из-за хмеля в голове мне не запомнилась.