— И ещё, приложи это к ожогу, — сказал он, протянув бутерброд из каких-то трав, обёрнутых в ткань.
Глава 12
Последний удар
К моему удивлению, несмотря на поздние разговоры и вчерашние довольно напряжённые скачки с драконом, я проснулся одновременно с рассветом. Похоже, воздух в Давурионе и впрямь наполняет силой, даже если я сплю в помещении. Однако, мне стало жарко, и я открыл окно, до которого дотянулся даже с кровати.
Осмотревшись, я обнаружил себя в небольшой уютной комнатке, а когда машинально потянулся к обожжённому плечу, обнаружил там высушенную до окаменения припарку, которую Дариуль дал мне вчера прямо перед сном. Вчера я затянул её шнуром с лука, а сегодня решил всё-таки снять. Как оказалось, на коже даже следов ожога не осталось, хотя прикосновения всё ещё отдавались неприятной болью.
Открыв дверь, я услышал звуки посуды со стороны кухни и увидел, что Дариуль как раз пытается развести огонь под чайником. Искры, которые он высекал кресалом, таяли во мху и не давали нужного тепла, чтобы огонь занялся.
— Бросьте, сейчас разогрею, — сказал я и подал на стенки и дно жар. Через какие-то доли секунд из чайника раздался приглушённый клёкот воды. — Спасибо, пластырь очень помог.
— Присаживайся, поешь, — сказал он, готовя чай и выкладывая несколько зелёных продолговатых листьев на стол.
— О, и правда щавель, — сказал я, взяв один из них и покрутив в пальцах, после чего сложил вдвое и отправил в пасть. — Ум, у вас даже вкуснее. Ну, Bon appétit.
На столе стояло немного съестного, в основном то, что может храниться в подвале, и две небольшие миски с дымящейся незнакомым мне ароматом зерновой кашей. Взяв ложку, я принялся есть, не замечая взгляда Дариуля.
— Неужели тебя не учили этике поедания? — спросил он, найдя промежуток, в который я запил съеденное горячим чаем. — Скрести по дну не принято.
— Что в этом такого? — спросил я недоумённо. — У нас это не порицается. Однако, ложку стал держать выше. — Как-то не доводилось есть в компании.
Закончив вскоре с едой, ял, заметивший, что я вчера пришёл босиком, сказал, что это необычно, особенно учитывая, что меня привели со стороны леса Светлого, где дорога не отличается большим качеством покрытия. Пришлось признаться, что сплю я разутым и вообще хорошо, что я не разделся до трусов, потому что сил не было. Потом, правда, исчерпав сарказм, сказал, что обувь на самом деле не помешает. Ну, или какие-нибудь тапки. Ял не долго думал и предложил сходить к мастеру-выдельщику, и я согласился. На этот раз, правда, выходя из дома, я никакое оружие с собой не взял.
Сначала мне показалось странным, что такого рода мастер есть в ялийском городе, который не особенно жалует охоту на живых существ, если только от этого не зависит жизнь или это не вид прямоходящих разумных — разбойников. Однако, мне всё стало понятно, когда я увидел ассортимент лавки. Материал и правда очень походил на кожу, и трогай я его с закрытыми глазами, так бы и ответил, однако мастер выделывал вовсе не животный продукт, а растительный, от чего изделия имели не буроватый цвет, а вполне себе тёмно-зелёный. Мне даже вспомнился бурдюк, который я спёр у тюремщика.
— Значит, не всё здесь живое? — спросил я, разглядывая ассортимент, применяя не только обыкновенное зрение, но и СНДВ.
— Тех, кто умеет выращивать, в городе совсем немного, а с уходом Халуна стало ещё меньше.
— Вы бы так открыто об этом не говорили, — ответил я, оглядываясь на торговца, занятого консультацией каких-то ялов.
— Об этом скоро узнают все. Акаст — большой ярлык.
— Возможно, я немного уравновешу эту потерю?
— Кажется, это прозвучало высокомерно, — бросил Дариуль.
— Может быть, — пожал я плечами. — Итак, что мне надо? Бурдюк, ремень и обувь. Сколько это будет стоить?
— Цены же написаны.
— Мне эти закорючки ни о чём не говорят.
Рынок рынком, но мне торговаться в этот самый момент хотелось меньше всего, поэтому мы быстро сошлись в цене, пусть и немного завышенной. Перевод в условные единицы показал мне не самое красивое число с тройкой в периоде, но её, как тут принято, мы обернули до пяти десятых, и в итоге я заплатил пять больших аргенов и один средний, после чего получил сдачей шесть средних брунинов и один малый. В расчётах мне помогал Дариуль, так как я не слишком то пользовался денежными знаками, потом даже пошутил, что мне бы лучше площадь или объём разных фигур рассчитывать, нежели с номинами возиться.