— Ты куда?
«А ты как думаешь?»
— Стой на месте.
Я не собиралась останавливаться, но приказной повелительный тон на мгновение пошатнул мою решимость, а следующая фраза и вовсе приморозила к месту.
— Если уйдешь, лишишься работы. Завтра можешь не приходить.
Да что здесь происходит? Уже третий человек за сегодняшний день угрожает мне увольнением.
Раздраженная, я обернулась к нему.
— Мы не договорили.
— Я договорила.
— А я нет.
Он подошел ко мне, а я, проглотив недовольство, но в душе по-прежнему негодуя, продолжала задаваться вопросом, кто он, черт возьми, такой. Судя по властным замашкам, он кто-то из начальства, возможно, один из деловых партнеров лейбла или директор очередной звезды. Такие здесь крутятся часто. Но чего он ко мне пристал? Я же не вляпалась в очередную неприятность?
— Да ты разыгрываешь меня, – пробормотала себе под нос.
— Хочешь проверить?
Взгляд напротив оставался пристрастным и не отрывался от моего лица.
— Как тебя зовут?
Все во мне противилось ему отвечать.
— Молчишь. Что же мне сделать, чтобы расположить тебя к себе?
— Хорошая шутка.
— Как мне тебя заинтересовать? – спросил напрямую.
Мои брови взметнулись вверх. Потому что прозвучало это слишком двусмысленно.
— Есть предложения? – улыбнулся незнакомец.
— Есть. Вы идете по своим делам, а я по своим. Не люблю навязчивых.
Положив руки в карманы, он едва заметно усмехнулся.
— Мое время слишком дорого, оно вам не по карману, – зачем-то добавила я.
— Даже так. Все же рискни и назови свою цену.
Не знаю, зачем я сказала последнюю фразу: прозвучала она странно и в итоге сыграла против меня.
— Я не продаюсь.
— А если подумать?
— Даже не знаю, может быть, пристроите в новую группу?
Мое абсурдное предложение должно было его рассмешить, а, если проблемы с чувством юмора, – возмутить. Однако он смотрел серьезно, изучающим взглядом, словно прикидывал, прокатит или нет.
— Хочешь на сцену?
— Не хочу.
— Правильно. Тебе там не место.
Уголок моего рта дернулся. Вот ублюдок. Я, конечно, знала, что не подхожу, но зачем же так прямо.
— Не безопасно. И что я получу взамен?
— Что?
Я уже не знала, чему удивлялась. Все в этом разговоре было не так, начиная с того, как он реагировал, заканчивая ответами, вгоняющими в ступор. В особенности смутил последний вопрос. В этот момент перед внутренним взором пронесся фантомный образ, который я никак не могла уловить. Те же интонации, похожие требования. Где я могла это слышать?
— За исполнение желаний нужно платить.
Вот оно. Сыр в мышеловке.
— Спрашиваю, чем будешь расплачиваться?
«Хватит. Не собираюсь больше в это играть».
— У меня нет на это времени. – Я отвернулась, намереваясь уйти.
— Еще один шаг и я за себя не ручаюсь, – приблизившись, он встал ко мне вплотную. – Так что ты там говорила?
— Я!..
— Если скажешь, что пошутила, я рассержусь. Не люблю пустозвонов.
Я слышала биение наших сердец. Он, как бульдог, вцепился мертвой хваткой и не оставлял путей назад.
В этот момент он наклонился ко мне. Вздрогнув, я не сразу поняла, что он делает, а когда осознала, было уже поздно: телефон из заднего кармана перекочевал к нему в руки.
— Эй!
— Помолчи. Лучше разблокируй. – Он повернул его ко мне экраном.
Я не хотела этого делать, но чутье подсказывало, что лучше не спорить. Я выполнила его требование, и парень сохранил свой номер телефона.
— Даю тебе время. Подумай над тем, что можешь предложить взамен.
Полагаю, затем я должна ему позвонить.
— А если не подумаю? Если не позвоню?
Конечно же, я не позвоню.
Меня одарили злой улыбкой.
— Тогда я решу за тебя.
***
Я снимала комнату в кошивоне[2] в получасе езды от компании. Пока добиралась на метро, не переставала думать о странном парне. Очень странном. Он сохранил себя в моем телефоне, как «Шанс на миллион», но я переименовала контакт на «Неважно», хотя следовало бы обозвать «Жертвой безумия».
В голове не укладывалось. Что он мне предложил? Стать звездой?
Заговорив о группе, я лишь хотела от него избавиться, не думала, что он воспримет провокацию всерьез. А, быть может, это я раскатала губу, самонадеянно решив, что он говорит от чистого сердца. Вероятно, прямо сейчас он сидит где-то в офисе или едет в машине и смеется надо мной в голос. Как же иначе, ведь я практически поверила в лютый бред.