«Вот истеричка, неужели нельзя нормально объяснить».
Он вообще не помогал, даже внимания на меня не обращал: если другим указывал на ошибки, то почему-то меня обходил стороной, а ведь мне наставления были нужнее.
Заиграла уже знакомая музыка: вроде бы это песня известного k-pop исполнителя. В ускоренном темпе я повторяла за остальными. Пользы от этого немного, это стало очевидно. Придется вернуться сюда вечером и позаниматься дополнительно. Теперь я понимала, чего все сидят по классам допоздна.
Но этому не суждено было случиться. В это время я повернулась вокруг своей оси, неудачно выставила ногу и наступила на ребро стопы вместо плоской части. Щиколотку пронзила острая боль, вскрикнув, я упала на пол.
Тренировка закончилась травмой.
Глава 7
— Как ты так умудрилась? Что же теперь делать? – сокрушался менеджер Ким, глядя на покрасневшую, припухшую лодыжку.
Я подняла на него глаза: «По-твоему, я специально?»
— У нас так мало времени, а тут такое… Доктор, как она?
В компании мне оказали первую помощь, и менеджер отвез меня в больницу. Здесь мне дали обезболивающее средство и сделали рентгеновский снимок поврежденной области ноги. Сейчас доктор надевал на лодыжку фиксирующий бандаж.
— У нее растяжение связок голеностопного сустава. Из-за неосторожных движений произошел надрыв соединительных тканей, что привело к травме. Не волнуйтесь, травма несерьезная, две-три недели и нога будет в норме, главное, не напрягайте ее, обеспечьте ноге покой.
— Две-три… недели… – пробормотал менеджер Ким, глядя на меня полными ужаса глазами.
— Максимум месяц.
Глаза стали шире.
Я сама была в шоке. В течение месяца решалась моя судьба, я должна усердно тренироваться, а доктор говорит, что этот месяц я должна беречь ногу и ничего не делать?
— У меня нет месяца. Как восстановиться быстрее?
— Деточка, лечение – это не тот процесс, который можно ускорить по своему желанию. Я пропишу вам мази и прочие лекарства, принимайте исправно.
— Я могу танцевать?
Широкий ремешок закольцевал мою ногу и был зафиксирован в петле. Доктор встал со стула.
— В ближайшие дни противопоказано. Как минимум неделю, а лучше две. В дальнейшем активность должна быть умеренной. Не советую злоупотреблять нагрузками. Травмированной ноге нужен покой, это лучшее лекарство. Так она заживет быстрее.
Доктор ушел, оставив нас с менеджером в состоянии угрюмого молчания.
— Скорректирую расписание на ближайшие две недели. С танцами придется повременить.
Я нахмурилась.
— Нельзя. Как я пройду кастинг, если не научусь танцевать?
— Как ты его пройдешь с травмированной ногой? Станцуешь на костылях?
— А так можно?
Менеджер Ким только рот раскрыл от удивления и желал мне что-то сказать, но в этот момент в наше скромное пространство в травматологическом отделении залетела женщина. Низенькая, в меру округлая, с непослушными кучерявыми волосами.
— Ох, милая, как ты?
Я видела ее впервые, но она говорила со мной так, словно знает меня со времен моего детства.
— Дорогая, что ты здесь делаешь?
— Как это что? Ты же сказал, что малышка Суен получила травму и сейчас в больнице.
— Да, но…
— Помолчи. Я принесла ей поесть. – Женщина достала термос, и выложила содержимое в посуду. – Ей нужно набраться сил и быстрее поправиться. Господи, она такая худая… и совсем еще ребенок. – Меня окинули взглядом, и в следующее мгновение зрачки незнакомки задрожали.
«Только не плачь», – пронеслось в голове.
— Вот, поешь, эту кашу я приготовила специально для тебя.
Взгляд с незнакомки перекочевал на менеджера: уверена, он понял его посыл.
Менеджер Ким неловко улыбнулся и пару раз махнул рукой в призывающем жесте.
— Ну же, поешь, поешь. Моя дорогая Чихе приготовила это для тебя.
Я не принимала блюдца – мне его всучили, и взгляд опустился на еду.
— Чего ты смотришь, она не отравлена! – воскликнула супруга менеджера. – Просто поешь!
Понятия не имею, что здесь происходит, но ничего другого не оставалось, как взять в руку ложку, – с поврежденной ногой сбежать не могла. Я пригубила вязкую жижу.
Вкусно.
— Правда вкусно? Я всегда готовлю эту кашу для Енбома, когда он болеет, она так ему нравится.
Ладно. Это информация уже лишняя, но грубить не стала: пригубила кашу еще.
Опираясь на костыль, который всучил мне менеджер Ким, в компании супружеской пары, я покинула травматологическое отделение. Я могла шевелить стопой, однако движения отдавались болью, поэтому, вспомнив слова врача о покое, я прекратила это делать.