Гюнтер получил всего десять лет – можно сказать, повезло. Освободившись досрочно из тюрьмы, попробовал начать жизнь сначала. И довольно скоро понял, что никто и нигде его уже не ждет. И что для таких, как он, преданных и проданных, остается всего одна дорога – сюда, в Легион...
– Ме компренэ-ву?
– Понимаю.Чего тут не понять!
– Мердэ! Фер-рфлюхте ш-шайзе...
– Конечно, кругом дерьмо – кивнул Алексей и похлопал немца по плечу. Ладно, не расстраивайся... Как это? Же компати! В смысле – сочувствую.
– Мерси. Бон вояж!
– Тебе тоже счастливо оставаться... Так, все! Пора, – Алексей посмотрел на часы, встал и щелчком запустил в кусты окурок:
– Ребята ждут – надо бы попрощаться, и вообще...
– Кэс-ке се? Что это такое?
Капрал-шеф Дюпон возник ниоткуда.
Как будто материализовался прямо из воздуха: только что не было, и вдруг – вот он, стоит прямо за спиной, в своей излюбленной дурацкой позе.
– Смирно!
Длинный нос, благодаря которому Дятел получил когда-то свое птичье прозвище, описал дугу от того места, куда упала сигарета, обратно, на проштрафившегося легионера:
– Я спрашиваю вас, что это такое? Подобрать, немедленно! Здесь – и вокруг все, на площадке.
– Но, господин капрал-шеф...
– Прямо сейчас подмести, вы не поняли? Я жду, господин легионер!
Алексей посмотрел на Гюнтера и на свой рюкзак, оставленный рядом с крыльцом. Потом покосился в сторону "русских бревен": мол, сбегай, будь другом – предупреди, что задерживаюсь!
Немец едва заметно кивнул: нет проблем! Сделаю...
Впрочем, этот обмен взглядами не укрылся и от Дюпона:
– Легионер! Вы, кажется, хотите помочь товарищу? Похвально...
– Виноват, господин капрал-шеф.
– Тогда вон отсюда. Бегом, марш!
Гюнтер отдал честь, подхватил собранные в дорогу вещи приятеля, повернулся – и в следующее мгновение Алексей увидел его спину, удаляющуюся по направлению к спортивной площадке...
А всего через пару минут Гюнтер уже оказался в поле зрения Тайсона:
– Нет, это не он...
Разглядывая появившуюся вдали фигуру, Хохол спросил:
– А Леха-то где?
– Где-где... там! – Ответ прозвучал очень грубо, но в рифму. Выругавшись, Тайсон повернулся к Махмуду:
– Давай-ка, сбегай на КПП. Может, ваш друг перепутал чего?
Кавказец вскочил и без разговоров кинулся выполнять приказание.
– Эй, вещи-то положи! Одна нога здесь, другая там... Чтобы потом тебя самого искать не пришлось.
Тайсоном посмотрел на часы:
– Во, блин... Пятнадцать минут до автобуса!
– Слушай, кажется, он сюда идет?
– Точно.
Теперь уже и Гюнтер заметил легионеров – помахал рукой, прибавил шагу...
Но ещё раньше к бревнам, на которых они расположились, подошли двое кандидатов в чистеньких, ни разу не стираных зеленых спортивных костюмах. Вид у них был запыхавшийся и настороженный, как, впрочем, у всех новичков:
– Здравствуйте... Кто из вас Тайсон?
Хохол с интересом посмотрел на земляков:
– А что такое?
– У меня срочная весточка. От Студента.
– От кого? От Студента? – Если парни были "подсадными" провокаторами, то военной контрразведке следовало готовиться лучше. – Не знаем такого!
– Тебя зовут Хохол, да? – Сообразил один из подошедших, разглядывая собеседников.
А Тайсон, значит, ты? Студент предупредил насчет этого... ну, про твое ухо.
– Короче! – Рявкнул Тайсон.
Но как раз в это момент новичек обернулся к подошедшему Гюнтеру:
– Это тоже ваш парень? Третий? При нем можно говорить?
– Говори, чего хотел... Видишь, времени нет, опаздываем. – Для пущей наглядности
Тайсон поднял с земли вещи – свои и Махмуда. – Ну?
Парень в спортивном костюме, взглянув на рюкзак за спиной у немца, кивнул:
– Да, у нас тоже со временем напряженка. И хорошо, что все собрались...
В следующую секунду он и его спутник одновременно, как по команде, достали из-под одежды короткие, тупорылые пистолеты:
– Хорошо... Значит, теперь успеем!
Первая пуля досталась Хохлу.
Она сразу же превратила его лицо в кошмарное розово-красное месиво так, что следующие два или три выстрела в грудь были уже пустой формальностью.
Потом настала очередь Гюнтера.
Жилистое, крепкое тело немца никак не хотело умирать. Убийца всаживал пулю за пулей, а оно все ещё дергалось на холодной, твердой земле. Наконец, окровавленная рука немца в последний раз процарапала землю...
А в это время другой "новичек" занимался Тайсоном.