— А вы крещёная, дочь моя?
— Пока не было необходимости.
— Тогда Бог, Отец наш небесный, душу вашу не примет. Нужно покаяться и принять крещение.
— А с чёртом что делать? Он разве не ваш? Не вашей компетенции находится, не в христианской?
— Чёрт от сатаны. И вообще, он к нашему округу может и не относиться вовсе. Адрес ваш какой будет?
— Ивановского 145.
— Господи, спаси рабов Твоих ныне и приистно, и вовеки веков, — запел вдруг батюшка, нанося на себя крестные знамения. — Здесь ничем помочь не могу. Ей Богу! Мы уже несколько раз демона этого гоняли. Да вы не волнуйтесь так, он почти безобидный. Зла большого вам не причинит. А знаете, дочь моя, однажды я этим вопросом вплотную интересовался. Справки наводил. Так вот, один очень старый дьякон, что сейчас в Боголюбовке живёт, рассказал, что про этого чёрта когда-то легенда ходила. Легенда о чёрте-каторжнике … В том домишке, на Ивановского, в царские времена тюрьма была. Построили её из чего бог послал, на фундаменте времен Ивана Грозного. Говорят, тюрьма там находилась и раньше. Испокон веков стояла стало быть. И служила разным царям в разные времена. Привратники заметили, как-то что стал там чёрт промышлять. И раз этого чёрта изловили и допросили. Так он поведал, что сам в той тюрьме пленник. За инакомыслие в стане сатаны он был осужден мучить преступников до тех пор, пока не порвётся красная нить, которой опоясан фундамент тюрьмы, где он заточен на веки вечные. Во оно как!
Зоя Ивановна шла домой, чуть не плача. Верить в этот бред совсем не хотелось, но то, что чёрта уже изгоняли и не раз, давало ей чёткое понимание, почему квартира стоила так дешево. Если и удастся её вновь продать, то вряд ли на эти гроши можно будет купить что-то более или менее приемлемое.
Пока баба Зоя размышляла об этом, солнце уже клонилось к закату. Она подошла к дому и с грустью взглянула на облупленный старый фундамент. Ещё осенью прошлого года, по словам соседей, прорвало трубу канализации. Приехала аварийка, выкопали траншею, трубу залатали, а яму закидали кое-как. По весне её размыло, и фундамент оголился. Больше к этому месту уже никто не возвращался, чтобы навести порядок.
Губы бабы Зои кривились от обиды на ЖЭК, на священника, на чёрта. «Чёрт его побери!». Когда вдруг увидела освященную солнцем красную полосу в основании фундамента, выглядывающую из-под земли.
Она побежала домой, взяла в кухонном ящичке лопатку для торта и бросилась на улицу соскребать краску со старых кирпичей оголившегося фундамента. Как только она коснулась железом красной полосы, в её квартире раздался страшный грохот! В окне было видно, как чёрная тень мечется туда-сюда, ударяясь о стены.
Баба Зоя, прикладывая последние силы, скребла краску, которая за много веков насквозь пропитала фундамент. Всё было тщетно. Тогда она побежала к соседям и после недолгих поисков мужики нашли молоток и зубило. Под вой и грохот «чёртовой вечеринки» мужикам, по очереди работающим зубилом, через час работы, наконец, удалось выбить из фундамента несколько кирпичей, вымазанных красной краской. Краска сочилась из них, словно кровь, которой был вымазан каземат для чёрта.
Как только кирпичи вылетели вон, дом моментально просел, и чёрное облако вылетело со свистом наружу, просачиваясь из всех щелей. «Пшик» и дом словно выдохнул пыль веков и замер, пустив от фундамента к крыше широкую лохматую трещину.
Опасаясь разрушения, жильцы от греха подальше переночевали у друзей и знакомых, а на следующий день вызвали команду МЧС. После тщательной экспертизы никаких существенных повреждений обнаружено не было. Трещиной повредился относительно новый верхний слой кирпичной кладки. Но зато моментально слетело с дома старое проклятье: в доме сделали капитальный ремонт, сменив все системы снабжения. Стены по периметру обшили, и на фоне новых домов он выглядел просто как конфетка.
Всё бы ничего, но Зое Ивановне невероятно трудно было избавляться от плохой привычки: она постоянно чертыхалась и всякий раз после этого в её кармане появлялась хрустящая пятитысячная бумажка (имя им легион). Видимо, так лохматый бес выражал свою искреннюю благодарность. Зою это немножко пугало, и она отдавала деньги на благотворительность…
Конец