— Я счастлив. Где мы?
— Мы поплыли за чайкой к скале. Ты помнишь?
Он на минуту задумался, зажмурился и открыл глаза.
— Нет.
Люси с улыбкой покачала головой.
— Теряешь магию.
Он вздохнул, и она ласково погладила его по волосам.
— Могу поспорить, у тебя все болит, — произнесла Люси.
Дэниел кивнул. Она осторожно положила его голову к себе на колени и прижала к себе.
— Дэниел, как ты дотащил меня сюда? Думаю, раньше твоей магической силой являлась память, но, кажется, ты потерял ее и обрел новую, то есть особые способности к плаванию.
— Мне больно смеяться, — прошептал он.
— Тогда поговорим о грустном.
Дэниел кивнул. Протянув руку, он дотронулся до «молнии» ее халатика.
— Я помню его.
— Ты имеешь в виду халат?
— Да, мне он нравится. Мне нравится снимать его.
— Но это ведь не грустно.
— Это лучшее, что когда-либо со мной происходило.
Люси наклонилась и поцеловала его в губы. Подняв голову, она увидела его серьезное лицо и широко раскрытые глаза.
— Мне надо тебе кое-что сказать, — произнес Дэниел.
— Я тебя слушаю.
— Ты знаешь, что я сделал при нашей первой встрече?
— Нет.
— Я был солдатом и спалил твой дом.
— Когда?
— В 541 году нашей эры.
— Я не помню.
— Ты тогда умерла. Мне очень жаль. — Он притянул ее к себе и зарылся лицом в ее шею. Это произошло почти полторы тысячи лет назад, но она ощутила его стыд. Дыхание Дэниела выровнялось, и он отпустил ее. — Вот что я хотел тебе сказать. Я постоянно об этом думаю, но все никак не мог тебе признаться.
Люси ласково потерла ему грудь.
— Я рада, что ты признался.
— Правда?
— Да, потому что теперь могу сказать, что все нормально.
— Разве это нормально?
Она посмотрела на свои руки.
— Что Дэниел отбирает, то дает.
— В каком смысле?
— Ты дал больше, чем отобрал, любовь моя. Все по-честному. Теперь тебе разрешается об этом забыть.
Они сидели рядом часа два, когда он вдруг услышал гул двигателя над спокойным морем.
— Это катер! — воскликнул Дэниел.
Рыбацкое судно направлялось в их сторону. Люси и Дэниел встали и принялись размахивать руками. Оказалось, Люси умеет изображать гудок такси. Это резало слух, но Дэниел не мог не восхититься.
— Научишь меня?
Капитан катера заметил их и подрулил к скале. У него на борту было два члена экипажа и полная сеть пахучей добычи. Он сразу же пригласил их на борт. Дэниел позабыл о том, как странно выглядят они с Люси, и догадался об этом лишь по выражению лиц незнакомцев.
— С нами случилась неприятность, — проговорил он на высокопарной разновидности испанского.
— Вижу, — откликнулся капитан. — У вас все нормально?
— Да. Вам не трудно будет высадить нас чуть севернее на побережье?
— Конечно. Мы высадим вас в Петакалько. Оттуда вы сможете добраться до Гуакамайас или Ласаро-Карденас.
— Большое спасибо. Жаль, у меня нет денег, чтобы с вами расплатиться.
Капитан, еле сдерживая смех, взглянул на Дэниела в шортах.
— Вижу, вы путешествуете налегке.
Они сели на корму лодки. Капитан одолжил Дэниелу свой телефон, и к концу часового путешествия в Петакалько тот договорился, чтобы машина отвезла их в Гуакамайас, и в тот же вечер они чартерным рейсом вылетели из Колима в Нью-Йорк.
Люси, не зная испанского, недоверчиво смотрела на него.
— У тебя нет ни денег, ни кредитной карты, ни удостоверения личности. Как тебе удалось это сделать?
— Все, что требуется, это номера карточек и хорошая сотовая связь.
— А откуда ты взял номера карт?
Дэниел указал на свою голову.
— Я их помню.
Дэниел два часа просидел на скамье в терминале «Юнайтед». Пока Люси спала, положив голову ему на колени, он по новому сотовому телефону сделал все приготовления к поездке. Закончив, подождал, пока она проснется, и повел ее в бар в другой терминал этажом выше. Там они сидели у окна и смотрели, как взлетают самолеты. В честь старых времен Дэниел заказал по бурбону.
Теперь Люси была в джинсах, яркой блузке, свитере, пуховом жилете, носках и сапогах. С собой у нее был чемодан, набитый одеждой, которую они купили в последние несколько часов. Аэропорт напоминал небольшой торговый центр, правда, не слишком хороший. Дэниел взял с Люси обещание, что она навсегда сохранит рабочий халат и наденет его для него, когда они увидятся вновь.
Он вручил ей свернутый листок бумаги.
— Я все здесь записал.
Она кивнула. Дэниел говорил ей об этом уже не в первый раз.