- Итак, - начала Лени, когда парень посчитал достаточным нахождение в склоненной позе и выпрямился, - мы попали в необычную ситуацию. Мягко говоря. В иных обстоятельствах все было бы решено на месте, но сейчас мне необходимо избегать огласки, как бы это ни усложняло наше положение. Могу я рассчитывать на понимание?
- Разумеется, - ответил Герк, - я…, то есть мы в полном вашем распоряжении.
Парень бросил косой взгляд на беженку, и та, уловив этот немой намек, еще раз поклонилась в знак своего согласия.
- Требуются ли доказательства? – спросила Лени на всякий случай, чтобы закрыть вопрос окончательно.
- Нет, госпожа, - юноша не побоялся посмотреть принцессе прямо в глаза, - думаю, вы не стали бы рисковать жизнью, объявив себя одной из высших, не будучи ей.
При упоминании высших, балтийка вздернула брови и уставилась на принцессу, а когда та обратила на это внимание, беженка уже в третий раз склонила голову и больше не смела поднять ее. Лени улыбнулась, протянула к девушке руки и погладила ее по плечам.
- Хватит, Кира, и ничего не бойся.
- Да, - еле слышно пролепетала Кира и подняла лицо, не осмеливаясь, однако, глядеть в сторону дворянки.
- Кстати, - вспомнила Лени, повернувшись к юноше, - нам неизвестно твое имя.
- Прошу прощения. Герк.
- Ну так вот, Герк, считай, что я наняла тебя и Киру к себе в услужение. Выбора у вас нет. Даже если я дам вам право отказаться от моего предложения, недавнее происшествие серьезностью своих последствий вынуждает нас держаться вместе хотя бы некоторое время. Давайте поможем друг другу пережить эту неприятность и расстанемся, когда к тому будут благоприятные условия.
- Мне деваться некуда, - говоря это, Герк посмотрел на молчавшую беженку, - но бедную девочку следует каким-то образом отправить туда, куда она направлялась.
Кира испуганно возразила:
- Нет-нет, еще раз прошу, не оставляйте меня. Я совершенно одна и не знаю, что со мной будет, если они меня найдут. Мне все равно, куда ехать, я просто хотела попасть в безопасное место.
- Как раз таки с нами теперь опасно…, - начал было возражать юноша, но Лени его перебила:
- Девочка останется при мне.
Герк посмотрел на обеих по очереди и вынужденно согласился:
- Хорошо, госпожа.
- Называйте меня Лени. Меньше формальностей – они мешают делу…
Оставшуюся дорогу обсуждали план действий. Несмотря на то, что основа плана была радикально проста – приехать, заселиться в более-менее приличное место, выждать несколько дней, остерегаясь встречи с полицией и военными патрулями, – перспективы его исполнения были омрачены некоторыми трудностями. Например, никто из только что сколоченной компании не знал города. Кроме того, Лени с прискорбием констатировала тот факт, что монет в ее кошельке не водилось с тех пор, как она отдала последние деньги в качестве взноса за переезд лошадями королевской почтовой службы через полстраны. А еще нужно было как можно старательнее замести следы. В итоге Лени распорядилась так: они приезжают в Сартогу, меняют пару раз экипаж, кружа по улицам и делая вид, что знают дорогу; далее, расспрашивают местных о том, где лучше всего заночевать, и попутно обзаводятся наличными за счет продажи камней из запаса принцессы, которая, к удивлению Герка, имела при себе немалое количество заряженных камушков разного рода.
В Сартогу въехали к трем часам дня. Незнакомый город, чужие люди. Толпы людей. Ну что ж, рассуждал Герк, по крайней мере, он теперь знаком с княжной. Возможно, это знакомство вовсе не к добру, но никакого другого средства для собственного успокоения он придумать не мог, а следовательно, нужно было цепляться за подол курьерского плаща странной аристократки…
Глава 3
Гостиница «Постное утро» славилась перечнем строгих правил, соблюдение которых вменялось в обязанность каждому постояльцу. Никакого вина, никакого веселья, шлюхам и фокусникам – только на исповедь к чтецу-храмовнику, обосновавшемуся в трех номерах первого этажа по соседству с комнатой для молитв. Ростовщикам, гадателям и каменщикам под угрозой публичного омовения сточными водами рекомендовалось не применять своих талантов в любых помещениях этого здания. Даже простым инженерам предписывалось оставлять соответствующее их профессии алхимическое оборудование на входе, где сутки напролет дежурил помощник чтеца, пожилой одноглазый ветеран, в чьи обязанности входило ознакомление посетителей с правилами и досмотр их багажа. Такие непривлекательные условия объяснялись тем, что заведение было основано удивительно набожным герцогом Сартоги Иммануиром восьмым, почившим три десятилетия назад, но до сих пор считавшимся лучшим правителем из всех, кто когда-либо хранил городскую печать. По задумке благочестивого, но подверженного обжорству, герцога, гостиница должна была стать пристанью святых паломников, странствующих проповедников и просто богобоязненных путников, желающих избежать соблазнов огромного города, который стоял на пересечении главных дорог северной Терции и был знаменит своими возможностями утолить жажду любых форм разврата.