Поразительно, как бывает закручена линия жизни, думал Герк. Дочь одного из влиятельнейших людей мира променяла свое положение на скитания по дорогам в поисках безвестного фаворита. Каприз? Если так, то он слишком затянулся. Да и не похожа эта расчетливая лиса на капризную девочку, требующую вернуть ей потерянную игрушку. Она умна, рассудительна и, судя по умению обращаться с оружием, бесстрашна как свихнувшийся бес.
- За меня можете не беспокоиться. Платы я не потребую. Обещайте только, что не позволите повесить меня, когда нас все-таки схватят за убийство того подонка.
Лени улыбнулась и запустила пальцы в мокрые волосы Герка. Потрепала их и, притянув к себе голову юноши, поцеловала его, слегка обхватив верхнюю губу своими губами. Сразу же отстранилась и прошептала:
- Обещаю.
Еще раз поцеловала и добавила:
- Только сделать это будет ой как непросто. Поэтому давай постараемся не попадаться.
Она встала и подошла к двери, где остановилась и еще раз посмотрела на Герка. До чего же он привлекателен! В неярком свете искусственных огней его тело напоминало статую древнего божества, вылитую и установленную для услады девичьих глаз. И как же приятно было осознавать, что одно ее слово, и это божество поднимется из пучины вод, перешагнет разделяющий их деревянный барьер, уверенным шагом подойдет сюда и, играя мышцами своих великолепных рук, овладеет ей. Прямо здесь, у двери. От нее потребуется только наклониться и быть покорной. Лени вдруг осознала, что и правда слегка наклонилась, оперевшись на косяк и выставив немного зад, который теперь совсем вышел из-под ненавязчивой опеки короткой рубашки и на несколько секунд показал себя в полной красе. Княжна заметила, что божество в ванной с интересом наблюдает за ее движениями. Она снова улыбнулась ему, выпрямилась и попрощалась:
- Спокойной ночи, Георк.
- Спокойной ночи, Ленивель, - ответил Герк и ушел с головой под воду.
Глава 5
«Спокойной ночи, Ленивель», - крутилось в голове почти до утра. Ласковый голос только что заполученного союзника просил не оборачиваться и продолжать глядеть на него, сидящего в сияющей воде. «Спокойной ночи, Ленивель!» - его же голос, но уже сердитый, откуда-то сзади требовал идти и уснуть. Лени просыпалась от этого настойчивого требования и снова проваливалась в беспокойный сон. Иногда вместо Герка говорил кто-то другой. Ну конечно! Это был Фин. Как она могла забыть его привычку желать ей спокойной ночи при расставании в любое время суток. И обязательно полное имя. Это было чем-то вроде их личной традиции. Она обвивала его шею руками, прижималась щекой к его щеке и прощалась:
- Пока, милый каменщик.
И он каждый раз с нарочито серьезным лицом произносил:
- Спокойной ночи, Ленивель, - при этом интонация, с которой были поданы слова, и едва уловимый кивок с многозначно поднятой бровью недвусмысленно намекали на то, что грядущей ночью должно произойти нечто важное и приятное. Но потом они вместе смеялись и расходились. А ночью обычно так ничего и не случалось. Да и не было смысла ожидать наступления темноты – все, что им хотелось, они предпочитали делать днем.
Когда же восточный флигель стал твоей любимой частью дворца, Лени? Наверно, с того дня, как отец позвал скучавшую княжну познакомиться с лабораторией, которую прибывший недавно мастер обустраивал по своим запросам. Мудрый родитель никогда не скрывал своего восхищения перед людьми, одаренными в какой-либо области знаний, но в этот раз его симпатиям не было границ. По дороге в мастерскую он рассказывал дочери о своем удачном приобретении с таким восторгом, что и ей невольно передался благоговейный трепет перед человеком, который еще прошлым вечером казался лишь очередным безмолвным работником в потрепанной одежде и стоптанных ботинках. Такие невзрачные с виду камнетесы регулярно выписывались Ирви Старовским из самых разных уголков королевства. Отбор происходил по системе, известной только ему, и Лени никогда раньше не пыталась разузнать каких-то подробностей. Девушка даже не задумывалась над тем, что вопрос проживания во дворце каменщика может иметь хоть какое-то существенное поле для размышлений. Ну каменщик, ну точит пыльные минералы по заказу хозяев или управляющего – что с того? Есть еще повар, кузнец, конюх, садовник и всякая другая прислуга, денно и нощно исполняющая свой долг и получающая за это довольно хорошее вознаграждение. Но здесь происходило нечто особенное.