Когда все лучи были пойманы, Лени захлопнула раковину.
- Идем, - прошептала девушка и осторожно открыла дверь.
Коридор гостиницы, по ночам всегда освещаемый несколькими люстрами, в этот раз оказался погруженным во тьму. Принцесса осталась возле своей двери, а Герк и Кира на цыпочках прошли к номеру, в который уже должен был проникнуть Мика. Он уверил свою нанимательницу в том, что перебраться из окна соседних апартаментов по кирпичной стене с россыпью выступов ему не составит особого труда, и теперь настал его черед предъявить доказательства своим уверениям.
Молодые люди замерли, напрягая слух. Прошло пять минут, но ничего слышно не было. Еще три минуты, еще две. Часы шли размеренно и не подавали признаков опасности. Герк уже не верил в то, что Лагери удалось попасть внутрь. Он хотел было вернуться к Лени для выражения своего недовольства напрасными стараниями, как вдруг раздался звон стекла, приглушенный стенами и дверями. За ними явно что-то происходило. Герк замахнулся рукой, чтобы заколотить по двери и тем самым выполнить свою часть задания. Однако Кира остановила его и яростно затыкала пальцем в сторону соседней квартиры, той, через которую Мика намеревался совершить преступный визит к знатному хозяину дворецкого. Теперь и Герк понял, что звук шел именно оттуда. Внезапно вернулся свет. Он наступал, расширяясь во все стороны от раковины, все еще находившейся в руке Лени. Девушка бежала к двери с цифрами два, два и три. Кира замахала Герку ладонью, показывая, что он должен помочь княжне. Юноша повиновался и бросился вслед за Лени, которая уже нажимала ручку. Замок оказался незапертым. Принцесса и верный помощник заскочили внутрь номера. Герк боялся оставлять Киру одну в коридоре, но надеялся, что все закончится очень быстро. Лени дернула шнурок освещения, и пустая квартира озарилась неярким светом запыленных кварцев. «Почему эти номера такие запущенные? – некстати крутилась мысль в голове юноши. – Наверно, оттого, что весь их шик состоит в неимоверной цене, на которую неохотно пойдет любой разумный человек». Герк вздохнул на ходу: «К сожалению, нас с трудом получится отнести к разумным людям».
- Мика! – почти вскрикнула принцесса.
Лагери стоял на коленях и тяжело дышал. Попытался встать, но было видно, что у него не хватает сил. Герк и Лени подбежали к нему и подхватили под руки.
- Ты ранен? – спросила Лени. Она наступила на осколки стекла и вспомнила про разбитое окно. Это заставило ее снова перейти на шепот – из соседнего номера могли услышать их голоса.
Мика поднял голову и посмотрел на принцессу. Из его ноздри слабой струйкой бежал ручеек крови.
- Кажется, нет, - с трудом выговорил он. – Но что… что… голова трещит…
- Скорее, несем его к нам, - приказала Лени, и вдвоем они потащили его к выходу, где ожидала Кира.
- Там, кажется, проснулись, - сообщила она хладнокровно и убежала продолжать прослушку.
- Быстрее, - заторопила Лени и на всякий случай вытащила из-за ремня пистолет.
- О боже, Ленивель, - зашипел на нее Герк.
Кира до последнего оставалась возле двери двести двадцать два, решив преградить путь любому, кто попытается выйти из-за нее. К счастью, это не понадобилось. Как только безвольное тело Мики затащили в квартиру, Кира оставила свой пост и без лишнего шума оказалась вместе со всеми в своем уютном убежище.
Мику хотели отнести на кровать, но он начал приходить в себя. Кира оттерла от крови его губы и подбородок, а Лени указала Герку на стул, куда юрист и был посажен. В этот момент рассудок вора вернулся из тумана, в который он был ввергнут во время тайного вояжа в покои неизвестного держателя фамильных ценностей. Мика взглянул на хмурую княжну и, улыбнувшись, сказал:
- Не понимаю, что со мной случилось, но, определенно, рядом с вами я чувствую себя гораздо лучше.
- Ничего удивительного, - ответила Лени, приложив ладонь к артерии на его шее, - ты слышал когда-нибудь про защиту каменщиков?
Герк сразу вспомнил лавку отлученного, в которой принцессе пришлось не сладко. С тех пор он так и не удосужился расспросить ее подробнее о том, что случилось, и почему на нее так повлияли какие-то заговоры безумного мастера, тогда как он, Герк, ощутил лишь неприятное беспокойство. Хочешь не хочешь, а придется более глубоко влезть в это каменное болото, раз уж все их приключения теперь пронизаны тонкими нитями, берущими начало где-то в недрах ювелирного искусства. Герк посмотрел на юриста. Блаженная улыбка Мики, все еще направленная в сторону изучавшей его принцессы, говорила о том, что ему окончательно полегчало.