Из воды появился он…
Глава 40. Донор.
- Ну же, ну же, возьми трубку, - бормотала Бриэль, слушая гудки уже целую минуту.
Понимая, что человек, которому она звонит, уже довольно стар и может подолгу не брать телефон, она терпеливо ждала, когда же ей все же ответят. Вот уже несколько дней пытается дозвониться, но получается не особо. Постоянно названивать тоже не вежливо, а с этим человек нужно проявлять максимум такта и уважения, все же крайне важный член семьи.
Вскоре терпение Бри было вознаграждено, когда на том конце телефона закончились гудки и зазвучал голос.
- Ох, да, слушаю, алло, - послышался хриплый старческий голос.
- Здравствуйте, профессор Такер, - с искренней радостью, что смогла дозвониться произнесла девушка. – Вас беспокоит Бриэль. Извините, за навязчивые звонки, но мне срочно нужна ваша консультация.
- Бриэль? Бриэль… Бриэль, а вспомнил! Малышка Бри! Такая беленькая худенькая сромница, что дрожала отвечая у доски и паниковала при общении с мальчиками, - произнес пожилой профессор, напомнив девушке о не самых радостных вещах в её прошлом.
Да, будучи ученицей и проходя обучение в училище в Холлоунесте, она действительно была крайне пугливой, хрупкой и дерганной, отчасти из-за своего органа. Из-за этого друзей там у нее было немного. Но практика и работа в Инквизиции быстро сделали из неё человека, вытравив всякую неуверенность в себе и глупость. Так что сейчас себя прошлую Бри вспоминает со стыдом.
Но злиться на профессора Такера за такое глупо. Он уже очень стар и даже во времена её учебы был уже очень древним. Удивительно, что лишь недавно старика выперли на пенсию, а ведь тот упирался и до последнего и не хотел уходить с работы. Такер Бернштейн один из старейших менталистов и ученых их семьи. Некогда один из ведущих химерологов с годами и травмами уже не мог оперировать и работать хирургом, а потому был переведет в статус профессоров, где проработал полвека. Он бы и продолжал работать, да стал уже слишком стар и даже такой как он начал сдавать.
Вот сейчас на заслуженной пенсии сидит, явно недовольный таким положением, но она, увы, помочь ему не может с этим. Подобные решения принимаются старейшинами Берншейтнов, куда профессора Такера не приняли, точнее он сам отказался вступать к ним. Ибо, даже его нервов не хватит на подобную не всегда приятную деятельность. Одно то, что старейшинам порой лично приходится заниматься принятием новых детей в семью и фактически выписывать многим смертный приговор, очень неприятная для совестливого человека работа.
Но пускай, он очень стар, но лучшего специалиста разбирающегося в гибридах в мире не найти.
- Профессор, давайте отложим воспоминания, - застонала она, когда старика понесло перемывать каждую косточку в её теле, вспоминая многие постыдные происшествия. – Я звоню по очень важному вопросу. Мне нужен ваш совет.
- Ну, раз нужен, малышка Бри, то спрашивай, - ответил он. – Я стар, и не все уже помню.
«Ага, а вот все мои проколы ты прекрасно помнишь», - хотела она сказать, но сдержала поток едких комментариев.
Пару секунд она успокаивалась и приводила мысли в порядок.
- Я сейчас нахожусь в Тараскарии, застряла тут из-за бури. Ну и пока тут, то решила заняться курированием гибридов. Тут как раз появился один незаконный гибрид. Его сектанты поймали и вшили орган.
- Печальная новость, - негодовал Такер. – Надеюсь, отторжения нет?
- Нет, все в порядке в этом плане. Совместимость почти идеальная, а синхронизации он достиг весьма быстро.
- Хорошо. Что за орган?
- Орган искажения гравитации.
- А, Гравитационная Железа, - хмыкнул старик. – Было дело, с такой работал не часто. Она еще менее популярна, чем Нога Кирина и Нюх Крысомора. В чем именно проблема?
- Около недели назад Макс, это имя гибрида, впал в Черную Ярость. На него напали ненавистники гибридов, коих спровоцировал преступник. Парня жестоко избили и собирались похитить его брата и подругу, от чего парень впал в бешенство и поубивал многих людей. Однако после, судя по его словам и воспоминаниям, кои я просмотрела, он вышел из этого состояния сам. Да его звал брат, но…
- Сам говоришь? – на той стороне послышался серьезный и холодный голос.
- Да, сэр, - подтвердила она. – Он был в ярости, а затем его настроение само по себе резко сменилось и успокоило его.
Повисла небольшая пауза, и на той стороне можно было услышать лишь тихое дыхание.
- Слушай внимательно, Бриэль, - сказал он. – Дело очень серьезное.