Скорей бы принц вернулся с охоты.
— Болит? — спросила Зоя, переводя тему.
— Уже лучше.
— И как так получилось? — Зоя не сводила глаз с повязки. — Собака просто бросилась за тобой? Сама? Такого ни разу не было, сколько я бывала на королевской охоте…
Регина пожала плечами. На самом деле она смутно помнила подробности. Где-то слышала, что от стресса мозг блокирует память о потрясении. Видимо, это и произошло. Регина помнила, как выбралась из палатки и нырнула в темноту, спустилась к реке. Она едва вошла в воду, как за спиной послышался угрожающий рык. А потом… случилось то, что случилось. Псина вгрызлась в её ногу, стрела принца прикончила её. И никаких следов произошедшего.
Об этом Регина предпочла умолчать.
***
Старый король давно болел.
Проклятье — так говорили. Колдуны Стылых Земель ворожили страшную болезнь, от которой нет исцеления.
Глядя на то, как Его Величество поглощает копчёную свинину, запивая вином, Регина подавляла желание закатить глаза. Она могла бы снять это проклятье профилактической беседой о здоровом образе жизни. И никаких звёзных мантий не надо, никаких безумных амулетов. Конечно, она бы не рискнула полезть не в свои дела. Но на мгновение промелькнула мысль — может, обратить внимание на старого короля? Облегчить боль, покрутиться вокруг, потупив взгляд. Это было бы в разы эффективнее, чем крутиться вокруг ледяного принца!
Кайран с упоением обсуждал свершившуюся охоту. Регина держалась в рядах прислуги, но совсем рядом. И толку-то.
Ни одного случайного взгляда!
Как он загнал этого вепря, ну какой молодец! Возьми с полки пряник. Да с такой толпой охотников и собак без добычи вернётся только безрукий.
— …и тогда он развернулся! Я не видел такого оленя никогда в жизни! — воодушевлённо вещал принц, позабыв об остывающих угощениях, о вине в его кубке.
— Его Высочество прав, — поддакнул лорд Эдгар. Его седая борода была тронута пеной эля. — Это был Властелин Рогов. Мы так долго выслеживали его. Его появление — добрый знак для начинающего правителя!
Молодые аристократки, ожидаемо облепившие принца Кайрана, согласно закивали. Все как одна. Ещё бы им не кивать. Сидели, боясь притронуться к трапезе, чуть не выпрыгивая из своих шёлковых платьев и меховых жилеток. Регина прикусила губу. Она только сейчас осознала, как много соперниц водится при дворе. Кто-то наверняка рос вместе с Кайраном, с кем-то он вместе стрелял из лука, учился ездить на лошади, учился грамоте… И у каждой из этих красавиц наверняка имелась предприимчивая мамаша.
Не унывать. Она мысленно отвесила себе пощёчину.
Ни у кого из них не было такой мотивации.
Леди Морвен сидела неподалёку от принца. Лениво потягивала вино, переговаривалась о чём-то с молодой брюнеткой по соседству. Дочь? Племянница? Были ли у Натальи с Антоном дети? Регина старалась отгонять эти мысли, насильно отводила глаза, но снова и снова взгляд впечатывался в расслабленное лицо Натальи. Та же, казалось, не проявляла к Регине никакого интереса, и это успокаивало. Игры больного разума. Затаённое чувство вины?
Это она обсудит с психоаналитиком, как только выберется отсюда.
Вечер прошёл в трудах и заботах. Она поправляла причёску. Невзирая на боль в ноге передвигалась с грацией молодой орлицы, поднося всевозможные яства к столу господ. Ловила на себе захмелевшие взгляды лакеев, конюхов, пажей, даже лорд Эстебан пожирал Регину глазами. И пару раз пытался ухватить за подол, но она виртуозно уворачивалась от атак престарелого Дон Жуана. Играть в невинность. Чистота, непорочность, трудолюбие. Регина чувствовала, это — ключик, хотя принцу по-прежнему было с высокой колокольни плевать на её передвижения.
— Охота действительно удачна в этом году. Для всех, кроме тебя.
Не стоило оборачиваться.
Она почувствовала его присутствие ещё до того, как зазвучала речь.
— Что вы имеете в виду, капитан?
Регина удержалась от желания скривить лицо. Повернулась.
Элион с трудом стоял на ногах. Его обычно белая кожа подсвечивалась лихорадочным румянцем, глаза недобро блестели. Капитан королевской стражи! И она ещё стеснялась попросить у Зои бокал вина.
— Твою охоту на принца, — ответил Элион, подходя ближе.
Внутри всколыхнулась тревога. Регина мысленно оценила обстановку: опустевшая лагерная кухня, два шага до печки с тлеющими угольками. Упадёт, убьётся. Ей потом объясняться.