— Истиноговорения… к Морвен? — с сомнением протянула Регина.
— К тебе, — вдруг усмехнулся капитан почти весело. — Морвен — аристократка, чтобы привлечь её нужны очень веские основания.
Более веские, чем слова прислуги.
Элион взмахнул рукой, и наручники, звякнув, упали на пол. Регина потёрла запястья.
— Сегодня останешься здесь, — он кивнул на простенький диван у стены. — В камеру тебе пока рано. Я вернусь утром, надеюсь, Совет назначит рассмотрение твоего дела как можно скорее.
Регина кивнула, предвкушая первый за долгие месяцы сон в нормальной постели.
А утром Элион не вернулся.
Регина на всякий случай подождала, прислушиваясь к звукам за дверью. Ничего. Тихо.
Она огляделась по сторонам. Комната для допросов, по-видимому, совмещала несколько функций. В центре помещения стоял письменный стол, скромный книжный шкаф, заставленный вполне безобидной литературой. В свете утренних лучей, бьющих в вытянутое окно, место больше напоминало кабинет для какого-нибудь чиновника средней руки.
Тревоги это открытие нисколько не умаляло.
Регина многого ожидала от этого утра. Ввалившегося конвоя, тюрьмы, ареста — может быть, даже прилюдной казни на городской площади. В лучшем случае — колючего взгляда Элиона, Совета с участием аристократии всех мастей, допроса и оправданий. Она долго не могла сомкнуть глаз, и только под утро забылась тревожным сном.
Но снаружи давно разгорался полдень.
Регина выглянула в окно. Мир продолжал жить своей жизнью, как будто ничего не случилось. Садовник копошился с удобрением кустовых роз, ясно щебетали птицы, весело переговаривались служанки, несущие пустые корзины — наверное, близилось время обеденной трапезы.
Она подошла к двери и остановилась, напрягая слух. Тишина.
Толкнула рукой, и та неожиданно поддалась. Гвардейцев с копьями рядом не наблюдалось.
Регина растерянно замерла. И что делать? Куда она пойдёт, находясь под следствием? Впрочем, находись она под следствием — её швырнули бы в тюремную камеру, а не уложили на мягкий диван. Находись она под следствием, встреченные по дороге служанки не кивали бы ей приветливо, а лицо Марты не перекосила бы неподдельная ярость.
— И где, скажи на милость, ты снова шлялась? — рявкнула она, ухватив Регину за локоть. — Не надо врать про библиотеку, я проверяла! С утра тебя ищу!
Регина поморщилась, судорожно соображая.
— Выполняла поручение капитана Элиона, — соврала она первое, что пришло на ум.
Марта скривилась, но ослабила хватку.
— Надо же, и снова у неё важное поручение! Какая деловая особа! Марш на кухню. Если, конечно, у вашей светлости нет дел поважнее?
Она продолжала что-то говорить, но Регина уже не слушала. Бездумно направилась в сторону кухни, с немого приказа Брунгильды уселась чистить морковь к обеду. Голова шла кругом. Значит, она не задержана? Не обвиняется в государственной измене? Ну не могло же ей всё присниться?
— Ты где ночевала?
Флора возникла из ниоткуда. Упала на табурет рядом, впечатала в лицо Регины ошарашеный взгляд.
Регина мотнула головой, мол, неважно. Но подруга не унималась.
— Только не говори, что у Его Высочества, — прошептала она, округлив глаза.
— Не скажу, — Регина скептически хмыкнула. Прикусила губу. — Не могу сказать, что до конца понимаю… Мне нужно найти капитана Элиона. Сейчас же.
Она соскочила, оставляя Флору наедине с недочищенными овощами, и та бросила ей вслед что-то возмущённо-испуганное. Регина уже не слушала. Она петляла по коридорам, миновала знакомые лестницы, и, наконец, оказалась перед дверью кабинета капитана королевской стражи.
Вздохнула, пытаясь унять биение сердца, и постучала.
Ответа не последовало. Она осторожно вошла.
— Его нет на месте, — отозвался Эдмон, вскакивая с господского кресла, видимо, устыдившись собственного безделия. — С самого утра нет.
— А куда он делся?
— А я не знаю, — Эдмон растерянно тряхнул головой. — Последний раз видел капитана вчера вечером.
Вот, значит, как. Регина прикусила губу и прошла вглубь кабинета, не спрашивая разрешения. Ноги подкашивались, голова закружилась. Успокоиться. Вдох-выдох. Она упала в кресло, не обращая внимания на напряжённо-подозрительный взгляд Эдмона.
— И тебе это не показалось немного странным? — спросила она, потирая переносицу.
Эдмон замялся.
— На самом деле, показалось, — робко признался он. — Но распоряжений не поступало…