И снова в кабинете зазвучали голоса – Кости и того, неизвестного. Игорь слушал запись, вжавшись в спинку кресла, и глаза у него вдруг стали такие, будто на стол перед ним положили тарантула… Когда запись кончилась, он быстро надавил на кнопку «стоп» и спросил:
– Это все?
– Еще на той стороне…
Прослушав своеобразное завещание друга, Игорь пожал плечами:
– Ужасно… Но… Не совсем понимаю, зачем он просил вас об этой услуге… Я не представляю себе, чем могу помочь…
– Он говорил с убийцей! – выпалил Саша.
– Все возможно, но я тут при чем?
– Может, он хотел, чтобы вы опубликовали этот материал? – предположил Саша.
– Тут нечего публиковать! – Игорь постучал по крышке диктофона. – Смешно говорить, что это может пойти даже в качестве заметки.
– Но почему?!
– Почему, вы говорите?! У нас не желтая пресса, мы не занимаемся непроверенными сенсациями.
А этот материал такого низкого пошиба, что я даже и не знаю… Не компромат, не информация, не интервью… Черт-те что!
– Но его же убили! – воскликнула Ира. – Неужели вас не интересует то, что непосредственно касается его гибели?
– Интересует, но… – Игорь замялся. – Я советовал бы вам отложить эту запись подальше. Мне она не нужна, да и вам не пригодится.
– Но он говорит, что опасность грозит и мне! – настаивала она. – Эта запись чрезвычайно для меня важна!
– Знаете что? – предложил Игорь. – Возьмите кассету и отнесите ее в милицию. Делом вашего мужа занимаются?
– Разумеется…
– Ну, так они будут просто счастливы. Это матерьяльчик скорее для них, чем для нас. А вот когда. они найдут преступника – я с удовольствием предоставлю вам место на полосе…
– В милицию? – нерешительно переспросила она. – Но, понимаете ли, то, что говорит Костя…
Я не уверена, что милиция…
– Я понял. То, чем занимался ваш муж, выглядит не совсем этично, так? – усмехнулся Игорь. – В самом деле, шантажистам как-то не везет с этикой…
Тем более вы должны понять – публиковать такой материал о своем бывшем друге я не могу. Зачем мне его чернить? А вам – тем более. Поберегите нервы!
– Это было заказное убийство! – опять вмешался Саша. – Да вы понимаете, что Иру они тоже могут заказать?
– Сомневаюсь в этом, – отрезал тот. – Ирина, вы что – каким-то образом причастны к этому… – Он брезгливо указал на диктофон. – Шантажу?
– Нет! – воскликнула она. – Я даже не знаю, с кем он говорит!
– Ну и слава Богу. Успокойтесь. Никто вас убивать не будет. Ваш муж действительно кому-то мог помешать, но при чем же тут вы?
– Но Костя сказал, что мне грозит опасность… – Она была вконец уничтожена. «Старый друг» оказался вовсе не таким, каким она его помнила… Ей хотелось встать и уйти, но она не могла – ноги не держали. «Никому я теперь не нужна… – подумала она. – Только Сашке… Да и тот женатый…»
– Те, кто заказывали Костю, могут подумать, что он все рассказал жене, – предположил Саша. – В таком случае Ире действительно грозит опасность.
– Да перестаньте, – отмахнулся Игорь. – Не надо преувеличивать.
Ира встала:
– Когда меня убьют, вы об этом напишете?
– Знаете что? – Игорь тоже встал. – Вот только не надо говорить со мной таким тоном! Как будто я вам что-то должен!
Она повернулась и вышла в коридор. Там ее нагнал Саша. Он, задыхался от гнева:
– Хороший совет тебе подал бывший супруг!
К такому типу прийти за помощью!
– Ты забрал кассету? – вяло спросила она.
– Конечно.
– Пошли отсюда скорее…
Уже на улице ей стало дурно. Она резко остановилась, покачнулась и вцепилась Саше в плечо:
– Постой…
Он приобнял ее, поддерживая под локти, заглядывая в ее обморочно-неподвижное лицо. Наконец она открыла глаза:
– Этого еще не хватало. Мне нужно где-то посидеть.
– Поищем скамеечку? – предложил он.
– Лучше зайдем в кафе… Вон, видишь, столики под тентами?
Они медленно прошли туда, сели за пластиковый нечистый столик. Саша взял себе пиво, она – кока-колу. Обоим было сильно не по себе.
– Он догадался, что мы любовники, – сказала Ира, поворачивая в пальцах свой стакан с колой и глядя сквозь него на свет.
– Тебя это очень смутило?
– Меня давно уже ничего не смущает. Но я почему-то думаю, что, если бы я пришла одна, он бы говорил по-другому.
– Ну конечно. Наобещал бы тебе с три короба, потом пригласил в ресторан… – хмуро кивнул Саша. – Закончилось бы все в постели.
– Да кому я нужна? Что от меня осталось? А ты все еще ревнуешь!
– Ты такая же красивая, как раньше, – вздохнул он. – Хотя рыжие волосы тебе больше шли. Почему ты все время красишься в блондинку?
– Привычка… О чем это мы говорим. Господи помилуй! – вдруг возмутилась она. – Мне, может быть, пора гроб заказывать, а ты предлагаешь мне вернуться к естественному цвету волос…
А впрочем, все равно. Мы с тобой неудачники, Сашка…
– Ты думаешь?
– Думаю? Я знаю. Как актеры мы с тобой не состоялись…
– Ну ты и скажешь… – начал он, но Ира его не слушала:
– Да и правильно ли мы сделали, что пошли во ВГИК? Никто у нас не находил потрясающих талантов… Ну, закончили с грехом пополам. Никто нами не заинтересовался… И вот теперь мы с тобой – ни то ни се, ни рыба ни мясо… Дипломы есть – а настоящей жизни нет… Ты нищий, женатый, детный отец… – Она допила свою колу и закурила. – Лучше скажи, что мне делать?
– Сменить квартиру.
– Это ты уже предлагал. Не вижу смысла. Если захотят – везде найдут.
– Уехать из Москвы, хотя бы ма время. Это самый лучший выход.
– Некуда мне деваться, пойми.,. Куда ты предлагаешь уехать?
– Да хоть в Питер, – неожиданно предложил он. – У тебя же в институте была подруга из Питера? Кажется, она у тебя не один раз ночевала, когда вы учились?
– А, да… – вяло кивнула она. – Надо же, вспомнил!.. Когда это было… Не могу же я к ней завалиться с просьбой приютить меня… А в гостиницу? Ужасно, ненавижу казенные постели с печатями… У меня сразу начнется депрессия.
Я просто повешусь. Да и денег лишних у меня тоже нет.
– Ну, в таком случае ты очень облегчаешь задачу своим врагам! – рассердился он. – Что я могу тебе еще предложить?
– Живи со мной… – вдруг просто сказала она, протягивая руку и касаясь его щеки. – Давай жить, вместе. Давно пора было к этому прийти.
– Ты… С ума сошла?
– Немного.
Он помолчал.
– А моя семья?
– У тебя нет семьи! – жестко сказала она. И никогда не было! Все, чем ты пытался от, меня прикрыться, – эта нелепая жена, этот ребенок, которого ты не любишь, – все это тебя не удержит.
Это все не имеет никакого веса, ты сам знаешь. Стоит тебе пальцем шевельнуть – и все они исчезнут…
Как привидения. Как призраки!
– Ты чересчур красиво рассуждаешь, – покачал он головой. – Но алименты мне придется платить не призракам!
– А у тебя зарплата почти призрачная – как раз будет впору. – Она недобро улыбалась. – Сколько ты получаешь? Алименты, кажется, составляют двадцать пять процентов? Так пожертвуй этими жалкими копейками! Ты на них даже штанов не купишь!
Так и будешь ходить в старых! И потом… Каждый настоящий актер должен хоть раз в жизни развестись!
– Зачем ты" издеваешься надо мной? – тяжело проговорил он. – Не моя вина, что я не стал актером… И что теперь? Надо долбить меня этим сто раз в день?! Спасибо, сыт! Жена достала!
Но она опять его не слушала:
– Я издеваюсь только над собой… Почему я люблю такое ничтожество?! Лакей! Лакей из российского телесериала! – Она резко отвернулась и закурила другую сигарету.
Саша сидел как оплеванный. Если бы он мог – давно бы ушел. Но в том и была беда, что не мог он уйти. Слишком сложно было от нее уходить. Ира часто-часто затягивалась, потом, все еще не оборачиваясь, спросила:
– Ну так что? Ты решился?
– Ладно, я приеду к тебе и буду с тобой жить, – медленно проговорил он. – Но ты не подумала, что про нас…