- Сделаю... Давай иди собирайся. - И Сарсен уводит из кузницы и Макпал и председателя. Асылбек неприметно вздыхает, довольный, что так просто все обошлось. Кузнец не только не противится, а сам снаряжает жену на слет. И даже будто бы напутствует ее, хотя обычно он немногословен: - Есть у нас скот, ну есть. Доглядим и без тебя. Езжай хоть в область, хоть в Алма-Ату. Обо всем дознайся. А об нас разговору нет. Сыты. В доме вон простокваши полказана. Мы же не лодыри! И государству... и себе заработали. Так, что ли, жена? - Так, - отвечает Макпал, а про себя соображает: что же это будет? Как же это будет?
Глава 2
В районном селе Ванновке веселое оживление. На площади перед райкомом толпится народ. Тут и женщины в высоких, как башни, белых жаулыках, и молодые парни в коротких пиджаках, и пожилые в овчинных шубах и пышных малахаях. Площадь и прилегающие к ней улицы превратились в своего рода выставку. Колхозные хозяева показывают свое коневодство. Знатоки с пристрастием оценивают лошадей, на которых приехали делегаты. Вон два темно-серых скакуна, они запряжены в телегу, крашенную в яркозеленый цвет. Крутые начищенные крупы коней, похожие на опрокинутые чаши, лоснятся. Кони заботливо ухожены и словно обрели вторую молодость. Это выезд богатого колхоза «Возрождение». А вот два темно-рыжих красавца из колхоза «Горный». Застоявшиеся рысаки, вскидывая головами, нетерпеливо перебирают мускулистыми ногами. Ни в беге, ни в стати они никому не уступят.
Парные упряжки, одна другой краше, выстроились вдоль длинной улицы. Кое-где виднеются оседланные кони с подстриженными, как у трехлеток, хвостами. Время за полдень. Ясная осень. День постепенно угасает над высокими гребнями Алатау. Время открывать слет. Районные руководители, переговариваясь, входят в клуб. А зал пуст. И совершенно не готов к встрече гостей. - Я так и знал! Не зря пришел пораньше. Хоть бы один лозунг! Секретарь райкома сокрушенно обводит глазами стены. Зал напоминает кибитку неряшливой бабы. Посередине красуется занавеска, какой в юрте обычно завешивают постель. Она считается белой, но белой была когда-то, давно, а сейчас желта от ветхости, копоти и грязи. По углам на ней до сих пор сохранились обрывки аппликаций, обшитых красной ниткой, и изображающих бараньи рога. Стены клуба вопиют о том, что их не касалась рука культурного человека... Рядом с портретами висят листы бумаги,
на которых намалеваны вкривь и вкось круги и столбики, - их, очевидно, следует считать диаграммами. Прямо на штукатурке стены крупными корявыми цифрами нацарапаны какие-то бухгалтерские выкладки. Может быть, это уголок начинающего бухгалтера? - Вы только гляньте: это у него экран. А денежки за кино небось дерет! Занавеску быстро снимают и свертывают. В зале несколько длинных скамей вдалеке от сцены. - Давайте-ка пододвинем их поближе, говорит секретарь райкома и хватается за угол скамьи. Не тут-то было - она прибита к полу. Пусть сцена, если хочет, сама двигается к скамьям... Но руководители -народ молодой и не гордый. Они сами наводят в зале чистоту и порядок. Перед рядами скамеек возникают стулья, табуретки и стол президиума, покрытый кумачовой скатертью. Кто-то чинит поврежденную электропроводку. Оказывается, в клубе и знать не знали, что здесь будет слет. Заведующий земотделом знал, да заболел.
Толпа делегатов входит в зал. В самой гуще ее плывет большой белый жаулык Макпал, мелькает черный бешмет. Вытянув шею, Макпал разглядывает собравшихся во все глаза. Интересно, много ли тут женщин? В уголке одна, у окна две... А за красным столом - сплошь бритые лица мужчин. «Как бабы!» - с легкой неприязнью думает Макпал. Она и раньше встречала таких, но никогда не видела стольких сразу. Она знает, что такими бывают ученые начальники, но ей все-таки немного смешно. Она отворачивается и замечает у дверей еще одну женщину в жаулыке. Женщина, издалека улыбается Макпал... Да это же ее младшая сестренка Айша из соседнего аула! И едва успев поздороваться, они всплескивают руками. - И ты ударница? - И ты тоже? Усаживаются рядом и, как положено, по порядку справляются друг у друга о здоровье и делах... - Отца-то видела? - спрашивает Макпал, показывая вперед. Айша глядит в проход между скамьями и узнает отца на первой