Я не стала долго думать, быстро забежала и переоделась, попросила девочку себя сменить. Надела на себя колье и взяла арафатку. Села в такси и поехала по сказанному адресу.
Приехала и вышла оглянувшись. Здесь повсюду находятся офисы. Нашла то самое здание и зашла внутрь. Странно, на месте администратора никого нет. Поднялась на второй этаж. Все очень красиво отделано. Неужели это офис Мирана? Какое необычное сочетание истории и современности в этом здании. Вдруг послышались голоса с дальнего кабинета, который был приоткрыт. Я пошла в том направлении. Хотела было уже постучать, как застыла, от сказанных слов Мирана.
-Так ты поэтому натравил на меня тех псов? За то, что я лапал твою женщину?- кровь заледенела в жилах.
-Не смей ТАК говорить о моей невесте!-прокричал второй голос. Это был Азат.
-А кто мне запретит ТАК говорить о твоей невесте? Ты что ли?- голос холодный с едким, присущим ему одному сарказмом.
-Она не из тех женщин с которыми ты привык развлекаться! И я никогда не поверю в эту чушь!
-Не поверишь в то, что твоя невеста - женщина довольно легкомысленная?- он усмехнулся- не верь. Твои проблемы. Ты хотел знать правду, я тебе ее сказал! ТВОЯ. НЕВЕСТА. ТЕБЕ. НЕ. ВЕРНА. Вот эта правда.
Почва ушла из-под ног и я прислонилась к стене, стараясь не упасть на землю. Слезы текли по лицу не переставая. Я приоткрыла рот в попытке сделать хоть какой-то глоток воздуха и у меня не получалось. Дикий звон стоял в ушах. Я не могла поверить. Не поверила бы никогда, если бы не услышала собственными ушами. Господи, как больно. Как же больно. Я прижала одну руку ко рту, а другую к груди, пытаясь унять бешенное сердцебиение. Мое бедное сердце, которое несколько минут назад трепыхалось от счастья, сейчас было проколото тупым ножом до основания. Казалось, будто это нож повернули в моем сердце несколько раз. А боль такая, что теряешь сознание. Теряешь веру, надежду. В одну минуту теряешь все, что зарождалось внутри при появлении этого человека. На языке горький привкус яда с остатки несбывшихся желаний.
Я вышла оттуда, а потом побежала в сторону дома. Позабыв о такси и холоде. Позабыв обо всем. Размазывая по лицу слезы, давно скинув с себя пальто, которое просто не давало дышать. О, Всевышний, за что ТЫ так со мной? За что еще одна невыносимая боль? За что такое предательство? Слезы лились градом, а мне было все равно что меня видят люди, что донесут домой. Я как рыба выброшенная на берег, трепыхалась в агонии мучительной боли.
Правда. Так вот она какая правда! Жестокая, беспощадная. Скрючивающая пополам правда. Лучше бы он не приезжал никогда! Лучше бы я его никогда не встретила! В голове до сих пор отдавался только лишь его голос. Этот холодной голос, полный яда и сарказма говорил о том, как лапал меня. ОН-чудовище! Самое настоящее чудовище!
Я вошла во двор своего старого сгоревшего дома, не видя перед глазами ничего, опустилась на четвереньки и просто заревела в голос. От безысходности, от предательства человека, которого успела полюбить. БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ, МИРАН! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ!
Когда пришла в себя не знаю. Точнее ощутила, что садится солнце и только тогда подняла глаза к небу. Мама, мамочка! Если бы ты была сейчас здесь, если бы ты была со мной, мама… и вновь слезы потекли по щекам.
Внезапно откуда-то появились силы. Я вскочила и вытерла слезы с лица. Арафаткой прикрыла глаза, прихватив за ушами и распустила волосы. Зашла в конюшню в доме Шадогду и подошла к своему вороному красавцу.
-Вези меня к нему!- только и смогла из себя выдавить. И поскакала к мосту.
Я увидела его еще из далека. Он стоял на мосту рядом со своей лошадью цвета первого выпавшего снега. Одетый как на похороны, во все черное. Да, Миран Шадоглу. Сегодня действительно похороны. Я оказалась на мосту с другой его стороны. Медленно слезла с лошади. И так же медленно подошла к нему. Мне просто хотелось посмотреть в его глаза. Посмотреть и увидеть, что все, что я услышала сегодня –правда.
Он смотрел на меня не отрываясь, слегка ссутулившись. В глазах нет той самоуверенности. Непонятный взгляд, не могу его разгадать. Никогда не могла. Останавливаюсь в шаге от него. Боясь подойти. Смотрю в его глаза впервые без смущения и страха. И чувствую как рассыпается во мне на пепел цветок, расцветавший еще днем. Такая же кровавая роза, какую держит он сейчас в руке. Сдерживаю слезы со всей силы, благодаря Бога за то, что лицо ниже глаз прикрыто арафаткой. Вдруг он делает шаг ко мне, смотрит не отрываясь, будто спрашивая разрешения впервые. Протягивает ко мне руку, но я делаю шаг назад не позволяя прикоснуться. Срываю с шеи его колье и бросаю ее ему в ноги. Тупая боль возвращается, она выжигает мне все внутренности. Она заставляет подыхать, а я не могу. Не могу умереть даже, хоть и скрючивает меня, хоть и ломает мне жизнь. Проникает под кожу тонкими иголками и заставляет вновь и вновь захлебываться в собственной никчемности. А я больше не могу смотреть на него. Разворачиваюсь к своей лошади и несусь оттуда со всей силы. Вот и все, Миран Шадоглу.