– Ну что, в «Эолиан»-то идем сегодня?
Амброз кивнул:
– Разумеется. К шестому колоколу.
– А что, их ты по книге проверять не будешь? – осведомился я, когда дверь за ними закрылась.
Амброз обернулся ко мне с ослепительной, колючей, нимало не дружеской улыбкой:
– Послушай, я дам тебе маленький бесплатный совет. Там, у себя дома, ты был действительно особенным. А тут ты просто еще один болтливый щенок. Так что будь любезен, обращайся ко мне «ре-лар», ступай в свою конуру и благодари своего языческого бога, которому ты молишься, что мы не в Винтасе. Мы с отцом посадили бы тебя на цепь, как бешеную собаку!
Он пожал плечами:
– Хотя можешь и не уходить. Оставайся! Устрой скандал. Расплачься еще. Или, того лучше, накинься на меня с кулаками. – Он ухмыльнулся. – Я тебя хорошенько вздую и вышвырну за дверь.
Он снова взялся за перо и принялся писать.
Я ушел.
Вы можете подумать, будто эта встреча меня обескуражила. Можете подумать, будто я был разочарован, будто мои детские мечты об университете были разбиты вдребезги.
Ничего подобного! Я почувствовал себя в своей стихии! До сих пор я ощущал себя не в своей тарелке, а тут Амброз в своей неповторимой манере дал мне понять, что между университетом и тарбеанскими улицами особой разницы нет. Не важно, где ты очутился, люди повсюду примерно одни и те же.
К тому же гнев неплохо согревает ночью, а уязвленная гордость порой заставляет творить чудеса!
Глава 38
Симпатия в главном здании
Главное здание было старейшей из всех университетских построек. За многие века оно мало-помалу разрасталось во всех направлениях, вбирая в себя дворики и здания поменьше. Выглядело оно как особо честолюбивая разновидность архитектурной плесени, стремящаяся захватить все доступное ей пространство.
Отыскивать там дорогу было непросто. Коридоры петляли и виляли, неожиданно заканчивались тупиками или вели в обход там, где проще было бы пройти напрямик. На то, чтобы пройти из одной комнаты в другую, могло запросто уйти минут двадцать, хотя их разделяло каких-нибудь пятьдесят футов. Разумеется, опытные студенты знали, где можно срезать путь, через какие мастерские и аудитории пройти, чтобы добраться в нужное место.
Как минимум один дворик был полностью закрыт, и попасть туда было можно, только спустившись через окно. Ходили слухи, что там есть целые комнаты, которые замурованы, и некоторые – прямо со студентами внутри. Поговаривали, что ночами их тени бродят по коридорам, оплакивая свою судьбу и жалуясь, что в столовке плохо кормят.
Мое первое занятие было как раз в главном здании. По счастью, соседи по комнате меня предупредили, что в главном здании трудно ориентироваться, так что я, хоть и заблудился, все равно пришел на лекцию загодя.
Отыскав, наконец, нужную комнату, я с изумлением обнаружил, что она похожа на маленький зрительный зал. Вокруг небольшой сцены полукруглыми ярусами поднимались ряды сидений. В городках покрупнее моя труппа не раз выступала в подобных залах. Эта мысль сразу придала мне уверенности, когда я занял место в заднем ряду.
Наблюдая за тем, как прочие студенты мало-помалу просачиваются в зал, я представлял собой сплошной комок бестолкового возбуждения. Все присутствующие были минимум на несколько лет старше меня. Пока амфитеатр заполнялся нервничающими студентами, я мысленно повторял первые тридцать симпатических связываний. Всего нас было, наверное, человек пятьдесят, так что зал оказался заполнен примерно на три четверти. У некоторых были при себе перья и бумага, и жесткие подложки, на чем писать. У некоторых – восковые таблички. Я ничего не принес, но меня это не особо тревожило. Память у меня всегда была превосходная.
Магистр Хемме вошел в аудиторию, поднялся на сцену и встал за большим каменным столом. В черной магистерской мантии он выглядел внушительно, и не прошло и нескольких секунд, как шепот и шуршание в рядах стихли.
– Так вы, значит, желаете стать арканистами? – сказал он. – Хотите овладеть магией, о которой слышали в сказках? Вы наслушались песен о Таборлине Великом. Ревущая стена пламени, волшебные кольца, плащи-невидимки, мечи, что никогда не тупятся, зелья, позволяющие летать!
Он с отвращением потряс головой.
– Ну что ж, если вы хотите именно этого, можете сразу убираться прочь, потому что тут вы этого не найдете. Такого не бывает!
Тут вошел еще один студент, понял, что опоздал, и торопливо прошмыгнул на свободное место. Однако Хемме его заметил:
– Здравствуйте! Как мило, что вы зашли. Как ваше имя?
– Гел, – нервно ответил парень. – Простите, пожалуйста. Я не сразу нашел…