Я написал: «Квоут – история чандриан, сообщения о чандрианах и их знаках: черные глаза, синий огонь и т. д.».
Потом я подошел к полкам и принялся проглядывать книги. Одну или две я знал по своим занятиям с Беном. Единственными звуками, нарушавшими тишину, были скрип перьев по бумаге или тихий, точно взмах крыла, шелест переворачиваемых страниц. Эта тишина меня не тревожила, а наоборот, почему-то успокаивала. Позднее я узнал, что это место называется «усыпальня», из-за царящей там гробовой тишины.
Наконец на глаза мне попалась книга, озаглавленная «Брачные повадки дракка обыкновенного», я взял ее и отнес на один из столов для чтения. Выбрал я ее потому, что на обложке у нее был вытиснен довольно выразительный дракон, но, взявшись читать, я обнаружил, что это научное исследование нескольких распространенных мифов.
Я был на середине вступительной статьи, в которой объяснялось, что мифы о драконах, по всей вероятности, основаны на куда более обыденном дракке, когда за плечом у меня объявился скриб.
– Квоут?
Я кивнул, и он протянул мне тоненькую книжечку в синей матерчатой обложке.
Открыв книжечку, я немедленно разочаровался. Это был сборник сказок. Я полистал его, надеясь отыскать что-то полезное, но это все были слащавые приключенческие истории, предназначенные для того, чтобы забавлять детишек. Ну, знаете, те, в которых отважный сирота обводит вокруг пальца чандриан, добывает себе богатство, женится на принцессе и живет счастливо до конца своих дней.
Я вздохнул и закрыл книжку. Ну, отчасти я этого и ждал. Ведь пока чандрианы не убили мою семью, я и сам думал, будто это всего лишь детские сказки. Нет, такие изыскания мне ничего не дадут…
Я подошел к столу, надолго задумался и наконец вписал в журнал новую строку: «Квоут – история ордена амир. Происхождение амир. Обычаи амир». Тут строчка кончилась, и я, вместо того чтобы перейти на следующую, посмотрел на сидящего за столом скриба.
– В общем, все об амир, – сказал я. – Все, что есть.
– Мы тут сейчас немножко заняты, – сказал он, указывая на зал. С тех пор как я пришел, в зале набралось еще около дюжины студентов. – Но, как только получится, мы тебе что-нибудь подберем.
Я вернулся за стол, еще немного полистал детскую книжку, потом снова взялся за бестиарий. На этот раз ждать пришлось куда дольше, и я успел узнать о странной летней спячке, в которую впадают сусквинианы, к тому времени как меня легонько потрогали за плечо. Я обернулся, ожидая увидеть скриба с охапкой книг, или, может быть, Бэзила, подошедшего поздороваться, и с изумлением увидел магистра Лоррена, который возвышался надо мной в своей черной магистерской мантии.
– Идемте, – тихо сказал он и сделал мне знак следовать за ним.
Не понимая, в чем дело, я вышел из читального зала вслед за ним. Мы миновали стол скриба, спустились по лестнице и очутились в безликой комнатке, где стояли стол и два стула. В архивах полно было таких комнаток: они назывались «читальными норками» и были устроены для того, чтобы члены арканума могли спокойно сидеть и заниматься в одиночестве.
Лоррен положил на стол журнал заказов из читальни.
– Я помогал одному из новых скрибов освоиться с обязанностями и обратил внимание на ваш запрос, – сказал он. – Вы интересуетесь чандрианами и амир?
Я кивнул.
– По поручению одного из ваших наставников?
Я подумал было рассказать ему всю правду. Про то, что произошло с моими родителями. Про историю, слышанную в Тарбеане.
Однако реакция Манета на мое упоминание о чандрианах показала мне, что это было бы глупо. Ведь пока я сам не увидел чандриан, я в них не верил. И если бы кто-то заявил, будто видел их, я бы, наверное, решил, что он сумасшедший.
В лучшем случае Лоррен решит, что я не в своем уме, в худшем – что я безмозглый мальчишка. Я внезапно отчетливо осознал тот факт, что нахожусь в одном из столпов цивилизации и разговариваю с университетским магистром архивов.
Это заставило меня взглянуть на вещи в новом свете. Рассказы старика из пивной на Портовой стороне вдруг сделались чем-то далеким и незначительным.
Я покачал головой:
– Нет, сэр. Я просто хотел удовлетворить свое любопытство.
– Любопытство весьма достойно уважения, – монотонно произнес Лоррен. – Быть может, я смогу отчасти удовлетворить ваше любопытство. Амир были частью церкви в те времена, когда Атуранская империя была еще в расцвете сил. Их девиз был «Иваре эним эуге», что примерно переводится как «ради высшего блага». Они были наполовину странствующими рыцарями, наполовину – добровольными стражами порядка. Они обладали правом суда и могли выступать в роли судей как на церковных, так и на светских судах. Все они в той или иной степени обладали особыми привилегиями перед законом.