Я опустил взгляд, отчаянно пытаясь придумать что-нибудь, что можно сказать. Какое-нибудь доказательство, которое я могу предоставить. Мои мысли все еще туго ворочались у меня в голове, когда Лоррен стремительными шагами вышел из комнаты.
– Не понимаю, почему меня наказали за его дурость! – ворчал Амброз, обращаясь к прочим скрибам. Я же, оцепенев, поплелся к выходу. Я сделал ошибку: обернулся и посмотрел на него. Лицо у него было серьезным, он тщательно следил за его выражением.
Но глаза у него смеялись.
– Право же, малый, – сказал он мне, – не знаю, чем ты думал! А уж, казалось бы, член арканума мог бы вести себя и поумнее.
Я потащился в столовку. Колесики мыслей проворачивались медленно-медленно. Я неловкими руками положил свою обеденную карточку на тусклый жестяной поднос и получил порцию парового пудинга, сосисок и непременных бобов. Я тупо окинул взглядом зал и нашел Симмона с Манетом на их обычном месте в северо-восточном углу.
По пути к столу я привлекал всеобщее внимание. Оно и неудивительно: не прошло и двух часов, как меня поставили к столбу и прилюдно высекли. Я услышал чей-то шепот: «И кровь у него не текла во время порки! Своими глазами видел. Ни капельки!»
Это из-за налрута, разумеется. Он унял кровотечение. Тогда это казалось отличной идеей. Теперь это выглядело дурацким ребячеством. Амброз нипочем не сумел бы меня так легко одурачить, если бы налрут не усыпил мою природную подозрительность. И уж, наверное, будь я в трезвом уме, я бы сумел объясниться перед Лорреном!
По пути в дальний конец столовой я осознал истину. Я сменял доступ в архивы на мимолетную славу.
Однако же делать было нечего! Оставалось только распорядиться ею наилучшим образом. Раз уж все, что мне досталось от этой катастрофы, – это соответствующая репутация, надо извлечь из нее все возможное. И потому я, расправив плечи, прошел через весь зал к Симмону с Манетом и поставил еду на стол.
– Слушайте, а ведь никакой платы за вход в хранение не берут, верно? – вполголоса спросил я, усаживаясь и стараясь не кривиться от боли в спине.
Сим тупо уставился на меня:
– Платы за вход в хранение?
Манет прыснул в миску с бобами:
– О, я уже несколько лет про такое не слыхал! Когда я работал скрибом, мы дурили новичков, беря с них по пенни за пользование архивами. Это и называлось «плата за вход в хранение».
Сим взглянул на него неодобрительно:
– Свинство какое!
Манет протестующе вскинул руки:
– Да ладно, просто безобидная шалость!
Манет смерил меня взглядом:
– Это у тебя из-за этого такая морда кислая? Кто-то у тебя медяк выманил?
Я покачал головой. Я не собирался распространяться о том, что Амброз нагрел меня на целый талант.
– Угадайте, кому только что запретили бывать в архивах? – мрачно сказал я, отрывая корку хлеба и макая ее в бобы.
Они растерянно смотрели на меня. Наконец Симмон выдвинул очевидное предположение:
– Э-э… тебе?
Я кивнул и принялся жевать бобы. Есть мне, вообще-то, не хотелось, но я надеялся, что на полный желудок налрутная медлительность развеется быстрее. А потом, упускать возможность поесть было противно моей природе.
– Что, тебя отстранили прямо в первый же день? – спросил Симмон. – Да, теперь тебе будет намного сложнее изучать народные легенды про чандриан!
Я вздохнул:
– И не говори!
– А надолго отстранили-то?
– Он сказал «запрещено бывать в архивах», – ответил я. – На какой срок – он не говорил.
– Запрещено бывать в архивах? – Манет посмотрел на меня. – Такого лет десять не случалось! Что ж ты натворил? На книгу помочился?
– Скрибы застали меня в хранении со свечой.
– Тейлу милосердный! – Манет отложил вилку, его лицо впервые за все время сделалось серьезным. – Ну и разозлился, должно быть, старина Лори!
– «Разозлился» – это не то слово, – сказал я.
– Зачем же ты туда потащился с открытым огнем-то? – спросил Симмон.
– У меня не было денег на лампу, – сказал я. – И сидевший за столом скриб вместо этого дал мне свечу.
– Да не может такого быть, – сказал Сим. – Ни один скриб ни за что бы не стал…
– А ну-ка, погоди! – перебил Манет. – Черноволосый такой? Хорошо одетый? С насупленными бровями? – и он нарочито нахмурился.
Я устало кивнул:
– Ну да, Амброз. Мы уже встречались вчера. И как-то не сошлись характерами.
– Ну да, с Амброзом разминуться трудно, – аккуратно сказал Манет, бросив многозначительный взгляд на сидящих вокруг студентов. Я обратил внимание, что весьма многие так, между делом, прислушиваются к нашему разговору.