Пробка вылетела с приятным чпоканьем, и я торжествующе продемонстрировал ее своим товарищам. Они не обратили на меня внимания: их взгляды были прикованы к дверям.
Я обернулся, посмотрел, помолчал.
– Это же Денна!
Сим оглянулся на меня:
– Денна?
Я нахмурился:
– Ну, Дианне. Денна. Та самая, про кого я вам тут рассказывал. Та девушка, что пела со мной. У нее много разных имен. Не знаю почему.
Вилем пристально посмотрел на меня.
– Вот это и есть твоя девушка? – переспросил он крайне недоверчиво.
– Девушка Деоха, – мягко уточнил Симмон.
Да, похоже, так оно и было. Мускулистый красавец Деох разговаривал с нею со своей обычной непринужденностью. Денна смеялась, небрежно обвив его рукой. Я смотрел, как они болтают, и грудь у меня наливалась свинцовой тяжестью.
Но тут Деох обернулся и указал пальцем. Она посмотрела туда, куда он указывал, встретилась со мной взглядом и просияла улыбкой. Я улыбнулся в ответ, чисто машинально. Сердце у меня забилось снова. Я махнул ей рукой. Она перебросилась парой слов с Деохом и принялась пробираться к нам через толпу.
Я поспешно отхлебнул скаттена. Симмон повернулся и взглянул на меня недоверчиво и едва ли не благоговейно.
Я привык куда чаще видеть Денну в простой дорожной одежде. Но сегодня на ней было темно-зеленое платье, оставляющее обнаженными руки и плечи. Она была ослепительна. И знала это. Она улыбалась.
Когда она подошла, мы, все трое, встали.
– Я надеялась застать тебя здесь, – сказала она.
Я слегка поклонился:
– Я тоже надеялся, что ты меня застанешь! А эти двое – мои лучшие друзья. Симмон, – Сим солнечно улыбнулся и смахнул челку с глаз, – и Вилем, – Вил кивнул.
– Это Дианне.
Она опустилась на стул.
– Можно на «ты». Ну и что же привело такую компанию замечательных молодых людей нынче вечером в этот город?
– Мы замышляем погибель наших врагов! – сообщил Симмон.
– Ну и кое-что отмечаем, – поспешно добавил я.
Вилем приветственно поднял стакан:
– Да падут все наши враги!
Мы с Симмоном последовали было его примеру, но я остановился, сообразив, что у Денны-то стакана нет.
– Ой, извини, – сказал я. – Можно угостить тебя вином?
– Я надеялась, что ты угостишь меня ужином, – сказала она. – Однако мне было бы неудобно разлучать тебя с друзьями.
Я принялся лихорадочно соображать, как бы так потактичнее выпутаться…
– Ты исходишь из предположения, что он нам тут нужен, – с каменным лицом сказал Вилем. – Однако ты окажешь нам услугу, если заберешь его с собой.
Денна подалась вперед, уголки розовых губ приподнялись в улыбке:
– В самом деле?
Вилем кивнул с серьезным видом:
– Он пьет еще больше, чем болтает.
Она бросила на меня насмешливый взгляд:
– Что, так много?
– А потом, – встрял простодушный Сим, – если он упустит возможность побыть с тобой, он же будет дуться несколько дней подряд! Так что, если ты оставишь его нам, все равно от него никакого проку не будет.
Мне сделалось жарко и отчаянно захотелось удавить Сима. Денна рассмеялась нежным смехом:
– Ну, тогда, пожалуй, лучше мне его забрать!
Она встала – точно ветка ивы качнулась на ветру – и протянула мне руку. Я ее взял.
– До свидания, Вилем, до свидания, Симмон, надеюсь, что до скорого!
Они помахали нам, и мы с Денной принялись пробираться к двери.
– Приятные ребята, – сказала она. – Вилем – камень в глубокой воде. А Симмон – как мальчишка, плещущийся в ручейке.
Ее описание заставило меня рассмеяться.
– Да, лучше и не опишешь! Ты что-то говорила насчет ужина?
– Я соврала, – легко и весело ответила она. – А вот от предложенного тобою вина я бы и впрямь не отказалась.
– Как насчет «Кранов»?
Она сморщила нос:
– Слишком много старичья, слишком мало зелени! Сегодня приятный вечер, хорошо посидеть на воздухе.
Я указал на дверь:
– Что ж, веди!
Она пошла вперед. Я нежился в ее отраженном свете и в завистливых взглядах мужчин. Когда мы уходили из «Эолиана», даже у Деоха был такой вид, будто ему немного завидно. Однако, проходя мимо, я заметил в его глазах что-то еще. Печаль? Жалость?
Мне было не до этого. Я был с Денной!
Мы купили каравай черного хлеба и бутылку авеннийского земляничного вина. Потом нашли укромный уголок в одном из множества городских садов, разбросанных по всему Имре. На улицах вокруг нас кружила первая осенняя листва. Денна сбросила туфельки и танцевала в сумерках, наслаждаясь травой под босыми ногами.
Мы сперва сели на скамейке под большой раскидистой ивой, потом встали со скамейки и устроились поудобнее – на земле у подножия дерева. Хлеб был вязкий и темный, мы отламывали по кусочку, и нам было чем занять руки. Вино было сладкое и легкое, и после того как Денна поцеловала бутылку, ее губы целый час оставались влажными.